Тюфяев был в открытой связи с сестрой одного бедного чиновника. Над братом смеялись,
брат хотел разорвать эту связь, грозился доносом, хотел писать в Петербург, словом, шумел и беспокоился до того, что его однажды полиция схватила и представила как сумасшедшего для освидетельствования в губернское правление.
Неточные совпадения
Отец мой провел лет двенадцать за границей,
брат его — еще дольше; они
хотели устроить какую-то жизнь на иностранный манер без больших трат и с сохранением всех русских удобств. Жизнь не устроивалась, оттого ли, что они не умели сладить, оттого ли, что помещичья натура брала верх над иностранными привычками? Хозяйство было общее, именье нераздельное, огромная дворня заселяла нижний этаж, все условия беспорядка, стало быть, были налицо.
И вот этот-то страшный человек должен был приехать к нам. С утра во всем доме было необыкновенное волнение: я никогда прежде не видал этого мифического «брата-врага»,
хотя и родился у него в доме, где жил мой отец после приезда из чужих краев; мне очень хотелось его посмотреть и в то же время я боялся — не знаю чего, но очень боялся.
— Нынче на это не обращают внимания, — говорил мне мой отец, — а вот
брат Александр — он шесть месяцев сряду всякий вечер читал с Офреном Le récit de Théramene [рассказ Терамена (фр.).] и все не мог дойти до того совершенства, которого
хотел Офрен.
Мудрено было бы сказать отчего, если б главная цель, с которой он все это делал, была неизвестна; он
хотел одного — лишить своих
братьев наследства, и этого он достигал вполне «привенчиванием» сына.
Обед был большой. Мне пришлось сидеть возле генерала Раевского,
брата жены Орлова. Раевский был тоже в опале с 14 декабря; сын знаменитого Н. Н. Раевского, он мальчиком четырнадцати лет находился с своим
братом под Бородином возле отца; впоследствии он умер от ран на Кавказе. Я рассказал ему об Огареве и спросил, может ли и
захочет ли Орлов что-нибудь сделать.
Княгиня, откинув спесь, сама предложила его сестре «посондировать»
брата, не
хочет ли он посвататься.
Остаться у них я не мог; ко мне вечером
хотели приехать Фази и Шаллер, бывшие тогда в Берне; я обещал, если пробуду еще полдня, зайти к Фогтам и, пригласивши меньшего
брата, юриста, к себе ужинать, пошел домой. Звать старика так поздно и после такого дня я не счел возможным. Но около двенадцати часов гарсон, почтительно отворяя двери перед кем-то, возвестил нам: «Der Herr Professor Vogt», — я встал из-за стола и пошел к нему навстречу.
Левин, которого давно занимала мысль о том, чтобы помирить
братьев хотя перед смертью, писал брату Сергею Ивановичу и, получив от него ответ, прочел это письмо больному. Сергей Иванович писал, что не может сам приехать, но в трогательных выражениях просил прощения у брата.
— Земли у нас, барин, десятина на душу. Держим мы на три души, — охотно разговорился извозчик. — У меня дома отец, брат, другой в солдатах. Они управляются. Да управляться-то нечего. И то
брат хотел в Москву уйти.
— Точно так они говорили за четыре дня назад:
брат хотел взбунтовать мужиков, зажечь завод и выманить Бодростина, а мужики убили бы его.
Вы, думаю, поймете, что шутками насчет вашего
брата хотел я только доставить вам и вашим товарищам пищу для доноса.
Неточные совпадения
Я
хочу и могу узнать теперь наверно:
брат ли он мне?
— Браво! А теперь,
брат,
хочешь есть?
Наконец, я, по крайней мере, вдвое сильнее вас и, кроме того, мне бояться нечего, потому что вам и потом нельзя жаловаться: ведь не
захотите же вы предать в самом деле вашего
брата?
— Будем ценить-с. Ну так вот,
брат, чтобы лишнего не говорить, я
хотел сначала здесь электрическую струю повсеместно пустить, так чтобы все предрассудки в здешней местности разом искоренить; но Пашенька победила. Я,
брат, никак и не ожидал, чтоб она была такая… авенантненькая [Авенантненькая — приятная, привлекательная (от фр. avenant).]… а? Как ты думаешь?
— Нечего и говорить, что вы храбрая девушка. Ей-богу, я думал, что вы попросите господина Разумихина сопровождать вас сюда. Но его ни с вами, ни кругом вас не было, я таки смотрел: это отважно,
хотели, значит, пощадить Родиона Романыча. Впрочем, в вас все божественно… Что же касается до вашего
брата, то что я вам скажу? Вы сейчас его видели сами. Каков?