Возражение его прекрасно, я согласен, и
делает честь его бесспорному уму; прекрасно уже тем, что самое простое, а самое простое понимается всегда лишь под конец, когда уж перепробовано все, что мудреней или глупей; но я знал это возражение и сам, раньше Васина; эту мысль я прочувствовал с лишком три года назад; даже мало того, в ней-то и заключается отчасти «моя идея».
Неточные совпадения
Находили минуты, в которые с характером его — по-видимому, трусливым и поддающимся —
почти ничего нельзя было
сделать.
Правда, я далеко был не в «скорлупе» и далеко еще не был свободен; но ведь и шаг я положил
сделать лишь в виде пробы — как только, чтоб посмотреть,
почти как бы помечтать, а потом уж не приходить, может, долго, до самого того времени, когда начнется серьезно.
Я действительно был в некотором беспокойстве. Конечно, я не привык к обществу, даже к какому бы ни было. В гимназии я с товарищами был на ты, но ни с кем
почти не был товарищем, я
сделал себе угол и жил в углу. Но не это смущало меня. На всякий случай я дал себе слово не входить в споры и говорить только самое необходимое, так чтоб никто не мог обо мне ничего заключить; главное — не спорить.
Сделаете ли вы мне
честь поверить вполне моей искренности?
— А я все ждала, что поумнеешь. Я выглядела вас всего с самого начала, Аркадий Макарович, и как выглядела, то и стала так думать: «Ведь он придет же, ведь уж наверно кончит тем, что придет», — ну, и положила вам лучше эту
честь самому предоставить, чтоб вы первый-то
сделали шаг: «Нет, думаю, походи-ка теперь за мной!»
«Ведь вы никто так не
сделаете, ведь вы не предадите себя из-за требований
чести и долга; ведь у вас ни у кого нет такой чуткой и чистой совести?
Вообще, я не расспрашивал, а говорил лишь он, а я
делал вид, что роюсь в моем чемодане (в котором
почти ничего и не оставалось).
Он невидим, одна лишь песня, рядом с гимнами, вместе с гимнами,
почти совпадает с ними, а между тем совсем другое — как-нибудь так это
сделать.
Он только
сделал мне великую
честь, обратившись ко мне, как к единственному другу в такое мгновение, и этого я никогда ему не забуду.
— Никогда, никогда не смеялась я над вами! — воскликнула она проникнутым голосом и как бы с величайшим состраданием, изобразившимся на лице ее. — Если я пришла, то я из всех сил старалась
сделать это так, чтоб вам ни за что не было обидно, — прибавила она вдруг. — Я пришла сюда, чтоб сказать вам, что я
почти вас люблю… Простите, я, может, не так сказала, — прибавила она торопливо.
Во-первых, мне стало ясно, как дважды два, что из старика, даже
почти еще бодрого и все-таки хоть сколько-нибудь разумного и хоть с каким-нибудь да характером, они, за это время, пока мы с ним не виделись,
сделали какую-то мумию, какого-то совершенного ребенка, пугливого и недоверчивого.
Обо всем же том, что произойдет со мной завтра здесь, как меня поставят перед начальством и что со мной
сделают, — я
почти и думать забыл.
Скрыть выстрела не удалось — это правда; но вся главная история, в главной сущности своей, осталась
почти неизвестною; следствие определило только, что некто В., влюбленный человек, притом семейный и
почти пятидесятилетний, в исступлении страсти и объясняя свою страсть особе, достойной высшего уважения, но совсем не разделявшей его чувств,
сделал, в припадке безумия, в себя выстрел.
И не то странно, не то было бы дивно, что Бог в самом деле существует, но то дивно, что такая мысль — мысль о необходимости Бога — могла залезть в голову такому дикому и злому животному, как человек, до того она свята, до того она трогательна, до того премудра и до того она
делает честь человеку.
Неточные совпадения
Еще предвижу затрудненья: // Родной земли спасая
честь, // Я должен буду, без сомненья, // Письмо Татьяны перевесть. // Она по-русски плохо знала, // Журналов наших не читала, // И выражалася с трудом // На языке своем родном, // Итак, писала по-французски… // Что
делать! повторяю вновь: // Доныне дамская любовь // Не изъяснялася по-русски, // Доныне гордый наш язык // К почтовой прозе не привык.
Узнавши, где караулилась схваченная женщина, он явился прямо и вошел таким молодцом и начальником, что часовой
сделал ему
честь и вытянулся в струнку.
Прогулку
сделали они недалекую: именно, перешли только на другую сторону улицы, к дому, бывшему насупротив гостиницы, и вошли в низенькую стеклянную закоптившуюся дверь, приводившую
почти в подвал, где уже сидело за деревянными столами много всяких: и бривших и не бривших бороды, и в нагольных тулупах и просто в рубахе, а кое-кто и во фризовой шинели.
Подъезжая к крыльцу, заметил он выглянувшие из окна
почти в одно время два лица: женское, в чепце, узкое, длинное, как огурец, и мужское, круглое, широкое, как молдаванские тыквы, называемые горлянками, из которых
делают на Руси балалайки, двухструнные легкие балалайки, красу и потеху ухватливого двадцатилетнего парня, мигача и щеголя, и подмигивающего и посвистывающего на белогрудых и белошейных девиц, собравшихся послушать его тихоструйного треньканья.
Из данной отцом полтины не издержал ни копейки, напротив — в тот же год уже
сделал к ней приращения, показав оборотливость
почти необыкновенную: слепил из воску снегиря, выкрасил его и продал очень выгодно.