Но в это мгновение поднялась портьера, и Александра Михайловна очутилась перед нами. Она смотрела на нас в удивлении. Лицо ее было бледнее всегдашнего. Она с трудом держалась на ногах. Видно было, что ей больших усилий стоило
дойти до нас, когда она заслышала наши голоса.
— «Приказ голове, Евтуху Макогоненку.
Дошло до нас, что ты, старый дурак, вместо того чтобы собрать прежние недоимки и вести на селе порядок, одурел и строишь пакости…»
Неточные совпадения
— Печорин был долго нездоров, исхудал, бедняжка; только никогда с этих пор
мы не говорили о Бэле: я видел, что ему будет неприятно, так зачем же? Месяца три спустя его назначили в е….й полк, и он уехал в Грузию.
Мы с тех пор не встречались, да, помнится, кто-то недавно мне говорил, что он возвратился в Россию, но в приказах по корпусу не было. Впрочем,
до нашего брата вести поздно
доходят.
Разрешил
нас тогда Миколка, а то я и не знаю,
до чего бы между
нами дошло.
Опускаем весь тот процесс, посредством которого он
дошел до последнего решения;
мы и без того слишком забежали вперед…
«Соседка, слышала ль ты добрую молву?» // Вбежавши, Крысе Мышь сказала: — // «Ведь кошка, говорят, попалась в когти льву? // Вот отдохнуть и
нам пора настала!» — // «Не радуйся, мой свет», // Ей Крыса говорит в ответ: // «И не надейся попустому! // Коль
до когтей у них
дойдёт, // То, верно, льву не быть живому: // Сильнее кошки зверя нет!»
Послушайте, — продолжал он с живостью, —
мы никогда не
дойдем так
до конца, не поймем друг друга.