Князь
заметил на столе, за который усадил его Рогожин, две-три книги; одна из них, история Соловьева, была развернута и заложена отметкой.
Неточные совпадения
Вдруг, как бы потеряв весь рассудок и чуть не шатаясь, подошел он к
столу; дорогой наткнулся
на стул Птицына и наступил своими грязными сапожищами
на кружевную отделку великолепного голубого платья молчаливой красавицы немки; не извинился и не
заметил.
Когда у Аглаи сорвалось невзначай за обедом, что maman сердится, потому что князь не едет,
на что генерал тотчас же
заметил, что «ведь он в этом не виноват», — Лизавета Прокофьевна встала и во гневе вышла из-за
стола.
Князь
заметил, что Аглая вдруг вышла из своего места и подошла к
столу. Он не
смел на нее посмотреть, но он чувствовал всем существом, что в это мгновение она
на него смотрит и, может быть, смотрит грозно, что в черных глазах ее непременно негодование, и лицо вспыхнуло.
При этом г-жа Петицкая очень ясно рассмотрела, что Миклаков сидел некоторое время, понурив голову, и чертил
мелом на столе; княгиня же, откинувшись на задок кресел, то вскидывала на него глаза свои, то снова опускала их.
Иуда замолчал, подняв руку, и вдруг
заметил на столе остатки трапезы. И с странным изумлением, любопытно, как будто первый раз в жизни увидел пищу, оглядел ее и медленно спросил:
Неточные совпадения
Янтарь
на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза
на столе, // И, чувств изнеженных отрада, // Духи в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, // И щетки тридцати родов // И для ногтей, и для зубов. // Руссо (
замечу мимоходом) // Не мог понять, как важный Грим //
Смел чистить ногти перед ним, // Красноречивым сумасбродом. // Защитник вольности и прав // В сем случае совсем неправ.
За ужином тоже он никак не был в состоянии развернуться, несмотря
на то что общество за
столом было приятное и что Ноздрева давно уже вывели; ибо сами даже дамы наконец
заметили, что поведение его чересчур становилось скандалезно.
Ввечеру подавался
на стол очень щегольской подсвечник из темной бронзы с тремя античными грациями, с перламутным щегольским щитом, и рядом с ним ставился какой-то просто медный инвалид, хромой, свернувшийся
на сторону и весь в сале, хотя этого не
замечал ни хозяин, ни хозяйка, ни слуги.
Лицо ее было покрыто тусклой бледностью, изобличавшей волнение душевное; рука ее без цели бродила по
столу, и я
заметил на ней легкий трепет; грудь ее то высоко поднималась, то, казалось, она удерживала дыхание.
— Вот ваше письмо, — начала она, положив его
на стол. — Разве возможно то, что вы пишете? Вы намекаете
на преступление, совершенное будто бы братом. Вы слишком ясно намекаете, вы не
смеете теперь отговариваться. Знайте же, что я еще до вас слышала об этой глупой сказке и не верю ей ни в одном слове. Это гнусное и смешное подозрение. Я знаю историю и как и отчего она выдумалась. У вас не может быть никаких доказательств. Вы обещали доказать: говорите же! Но заранее знайте, что я вам не верю! Не верю!..