Но
друг человечества с шатостию нравственных оснований есть людоед человечества, не говоря о его тщеславии; ибо оскорбите тщеславие которого-нибудь из сих бесчисленных друзей человечества, и он тотчас же готов зажечь мир с четырех концов из мелкого мщения, — впрочем, так же точно, как и всякий из нас, говоря по справедливости, как и я, гнуснейший из всех, ибо я-то, может быть, первый и дров принесу, а сам прочь убегу.
Неточные совпадения
— Так что же после этого, — горячился в
другом углу Ганя, — выходит, по-вашему, что железные дороги прокляты, что они гибель
человечеству, что они язва, упавшая на землю, чтобы замутить «источники жизни»?
«Пусть, но стук телег, подвозящих хлеб голодному
человечеству, может быть, лучше спокойствия духовного», — отвечает тому победительно
другой, разъезжающий повсеместно мыслитель, и уходит от него с тщеславием.
— В нашем отечестве, равно как и в Европе, всеобщие, повсеместные и ужасные голода посещают
человечество, по возможному исчислению и сколько запомнить могу, не чаще теперь как один раз в четверть столетия,
другими словами, однажды в каждое двадцатипятилетие. Не спорю за точную цифру, но весьма редко, сравнительно.
— Но она за него не выйдет, потому что Бьоринг — гвардеец, а Версилов — всего только великодушный человек и
друг человечества, по-ихнему, лицо комическое и ничего больше!
Мы должны любить его, во-первых, потому, что начальство есть, прежде всего,
друг человечества, или, как у нас в институте, в одном водевиле, пели:
— И ваш отец Евангел совершенно прав, — опять согласился Горданов. — Если возьмем этот вопрос серьезно и обратимся к истории, к летописям преступлений или к биографиям великих людей и
друзей человечества, везде и повсюду увидим одно бесконечное ползанье и круженье по зодиакальному кругу: все те же овны, тельцы, раки, львы, девы, скорпионы, козероги и рыбы, с маленькими отменами на всякий случай, и только. Ново лишь то, что хорошо забыто.
Неточные совпадения
А мы, их жалкие потомки, скитающиеся по земле без убеждений и гордости, без наслаждения и страха, кроме той невольной боязни, сжимающей сердце при мысли о неизбежном конце, мы не способны более к великим жертвам ни для блага
человечества, ни даже для собственного счастия, потому, что знаем его невозможность и равнодушно переходим от сомнения к сомнению, как наши предки бросались от одного заблуждения к
другому, не имея, как они, ни надежды, ни даже того неопределенного, хотя и истинного наслаждения, которое встречает душа во всякой борьбе с людьми или с судьбою…
Первый ради получения мзды;
другой, дабы, истребляя поносительное
человечеству насилие, не лишиться самому лестного преимущества управлять себе подобным самовластно.
«Дмитрий Самгин, освободитель
человечества», — подумал Клим Иванович Самгин в тон речам Воинова, Пыльникова и — усмехнулся, глядя, как студент, слушая речи мудрецов, повертывает неестественно белое лицо от одного к
другому.
Стародум. Благодарение Богу, что
человечество найти защиту может! Поверь мне,
друг мой, где государь мыслит, где знает он, в чем его истинная слава, там
человечеству не могут не возвращаться его права. Там все скоро ощутят, что каждый должен искать своего счастья и выгод в том одном, что законно… и что угнетать рабством себе подобных беззаконно.
А которые в Бога не веруют, ну те о социализме и об анархизме заговорят, о переделке всего
человечества по новому штату, так ведь это один же черт выйдет, все те же вопросы, только с
другого конца.