Неточные совпадения
Так как я был в особенно возбужденном состоянии, то и брякнул глупо и грубо вопрос:
почему наш маркиз Де-Грие, французик, не только не сопровождает ее теперь, когда она выходит куда-нибудь, но даже и не говорит с нею по целым дням?
— Это правда, — отвечал я задумчиво, — я до сих пор уверен вполне, что выиграю. Я даже вам признаюсь, что вы меня теперь навели на вопрос:
почему именно мой сегодняшний, бестолковый и безобразный проигрыш не оставил во мне никакого сомнения? Я все-таки вполне уверен, что чуть только я начну играть для себя, то выиграю непременно.
—
Почему же вы
так наверно убеждены?
— Нет,
почему ж, я вам верю, — произнесла она, но
так, как она только умеет иногда выговорить, с
таким презрением и ехидством, с
таким высокомерием, что, ей-богу, я мог убить ее в эту минуту. Она рисковала. Про это я тоже не солгал, говоря ей.
— Хорошо, — ответил я, — скажите, чтобы made-moiselle была спокойна. Позвольте же, однако, вас спросить, — прибавил я резко, —
почему вы
так долго не передавали мне эту записку? Вместо того чтобы болтать о пустяках, мне кажется, вы должны были начать с этого… если вы именно и пришли с этим поручением.
—
Так почему вы это знаете?
Что же касается до вчерашнего поступка ее, то он, конечно, странен, — не потому что она пожелала от вас отвязаться и послала вас под дубину барона (которую, я не понимаю
почему, он не употребил, имея в руках), а потому, что
такая выходка для
такой… для
такой превосходной мисс — неприлична.
— Да, да! это
так! уйти от детей — значит уж совершенно их бросить, остаться — значит защитить их интересы, а может быть, и спасти клочки имения. Да, да, все это правда! Но все-таки, все-таки! О, я понимаю,
почему все они
так теперь интересуются бабуленькой!
Но бабушке, уж неизвестно
почему, отвели
такое богатое помещение, что даже пересолили: четыре великолепно убранные комнаты, с ванной, помещениями для прислуги, особой комнатой для камеристки, и прочее и прочее.
— А что
такое zero? [Ноль (фр.).] Вот этот крупёр, курчавый, главный-то, крикнул сейчас zero? И
почему он все загреб, что ни было на столе? Эдакую кучу, все себе взял? Это что
такое?
— Ну, не хнычь! (Полина и не думала хныкать, да она и никогда не плакала) — и для цыплят найдется место; велик курятник. К тому же им в школу пора. Ну,
так не едешь теперь? Ну, Прасковья, смотри! Желала бы я тебе добра, а ведь я знаю,
почему ты не едешь? Все я знаю, Прасковья! Не доведет тебя этот французишка до добра.
Некоторое время, давно уж, месяца два назад, я стал замечать, что она хочет сделать меня своим другом, поверенным и даже отчасти уж и пробует. Но это почему-то не пошло у нас тогда в ход; вот взамен того и остались странные теперешние отношения; оттого-то и стал я
так говорить с нею. Но, если ей противна моя любовь, зачем прямо не запретить мне говорить о ней?
И
почему,
почему эта уверенность
так глубоко, крепко засела тогда во мне, и уже с
таких давних пор?
Да это все знают многие, но многие не знают, что делать в том или другом случае, а если и знают, то только заученное, слышанное, и не знают,
почему так, а не иначе делают они, сошлются сейчас на авторитет тетки, кузины…
Неточные совпадения
Городничий. Вам тоже посоветовал бы, Аммос Федорович, обратить внимание на присутственные места. У вас там в передней, куда обыкновенно являются просители, сторожа завели домашних гусей с маленькими гусенками, которые
так и шныряют под ногами. Оно, конечно, домашним хозяйством заводиться всякому похвально, и
почему ж сторожу и не завесть его? только, знаете, в
таком месте неприлично… Я и прежде хотел вам это заметить, но все как-то позабывал.
Она думала теперь именно, когда он застал ее, вот о чем: она думала,
почему для других, для Бетси, например (она знала ее скрытую для света связь с Тушкевичем), всё это было легко, а для нее
так мучительно?
— Нет, — сказала она, раздражаясь тем, что он
так очевидно этой переменой разговора показывал ей, что она раздражена, —
почему же ты думаешь, что это известие
так интересует меня, что надо даже скрывать? Я сказала, что не хочу об этом думать, и желала бы, чтобы ты этим
так же мало интересовался, как и я.
Кити отвечала, что ничего не было между ними и что она решительно не понимает,
почему Анна Павловна как будто недовольна ею. Кити ответила совершенную правду. Она не знала причины перемены к себе Анны Павловны, но догадывалась. Она догадывалась в
такой вещи, которую она не могла сказать матери, которой она не говорила и себе. Это была одна из тех вещей, которые знаешь, но которые нельзя сказать даже самой себе;
так страшно и постыдно ошибиться.
― Ну, ну,
так что ты хотел сказать мне про принца? Я прогнала, прогнала беса, ― прибавила она. Бесом называлась между ними ревность. ― Да,
так что ты начал говорить о принце?
Почему тебе
так тяжело было?