Пьяный арестант, среди бела дня, в будний день, когда все обязаны были
выходить на работу, при строгом начальнике, который каждую минуту мог приехать в острог, при унтер-офицере, заведующем каторжными и находящемся в остроге безотлучно; при караульных, при инвалидах — одним словом, при всех этих строгостях совершенно спутывал все зарождавшиеся во мне понятия об арестантском житье-бытье.
Между прочим, он уверил майора, что он может снимать портреты (арестантов он уверял, что был гвардии поручиком), и тот потребовал, чтоб его
высылали на работу к нему на дом, для того, разумеется, чтоб рисовать майорский портрет.
Неточные совпадения
По всем углам и около столов разместились арестанты, в шапках, в полушубках и подпоясанные, готовые
выйти сейчас
на работу. Перед некоторыми стояли деревянные чашки с квасом. В квас крошили хлеб и прихлебывали. Гам и шум был нестерпимый; но некоторые благоразумно и тихо разговаривали по углам.
Выходя из острога
на работу, арестанты строились перед кордегардией в два ряда; спереди и сзади арестантов выстроивались конвойные солдаты с заряженными ружьями. Являлись: инженерный офицер, кондуктор […кондуктор… — Кондукторами в военно-инженерных частях назывались унтер-офицеры.] и несколько инженерных нижних чинов, приставов над
работами. Кондуктор рассчитывал арестантов и посылал их партиями куда нужно
на работу.
Летом, когда происходили ремонтные
работы,
на него
выходило чрезвычайное количество вохры.
Если сегодня не удалось уйти из тюрьмы через открытые ворота, то завтра можно будет бежать из тайги, когда
выйдут на работу 20–30 человек под надзором одного солдата; кто не бежал из тайги, тот подождет месяц-другой, когда отдадут к какому-нибудь чиновнику в прислуги или к поселенцу в работники.
— Что же, отлично, если все
вышли на работу, — повторял Петр Елисеич, переходя из корпуса в корпус.
— Слушайте, ребята, ведь вы меня подведете! Перепьетесь и завтра проспите, не
выйдете на работу. Мне за вас придется отвечать.
— Вот здесь вы и поселитесь, — сказала она. — Сегодня
выходить на работу вам не нужно. Лучше отдохните, я сейчас вам пришлю кофе и завтрак.
Неточные совпадения
Встает заря во мгле холодной; //
На нивах шум
работ умолк; // С своей волчихою голодной //
Выходит на дорогу волк; // Его почуя, конь дорожный // Храпит — и путник осторожный // Несется в гору во весь дух; //
На утренней заре пастух // Не гонит уж коров из хлева, // И в час полуденный в кружок // Их не зовет его рожок; // В избушке распевая, дева // Прядет, и, зимних друг ночей, // Трещит лучинка перед ней.
Проснувшись поздно
на другой день после скачек, Вронский, не бреясь и не купаясь, оделся в китель и, разложив
на столе деньги, счеты, письма, принялся за
работу. Петрицкий, зная, что в таком положении он бывал сердит, проснувшись и увидав товарища за письменным столом, тихо оделся и
вышел, не мешая ему.
В середине его
работы на него находили минуты, во время которых он забывал то, что делал, ему становилось легко, и в эти же самые минуты ряд его
выходил почти так же ровен и хорош, как и у Тита.
В 1835 году Николай Петрович
вышел из университета кандидатом, [Кандидат — лицо, сдавшее специальный «кандидатский экзамен» и защитившее специальную письменную
работу по окончании университета, первая ученая степень, установленная в 1804 г.] и в том же году генерал Кирсанов, уволенный в отставку за неудачный смотр, приехал в Петербург с женою
на житье.
Любашу все-таки
выслали из Москвы. Уезжая, она возложила часть своей
работы по «Красному Кресту»
на Варвару. Самгину это не очень понравилось, но он не возразил, он хотел знать все, что делается в Москве. Затем Любаша нашла нужным познакомить Варвару с Марьей Ивановной Никоновой, предупредив Клима: