Неточные совпадения
Он обернулся и увидел пред собою двух своих сослуживцев-товарищей, тех самых, с которыми встретился утром на Литейной, — ребят еще весьма молодых и по летам и по чину.
Герой наш был с ними ни то ни се, ни
в дружбе, ни
в открытой вражде. Разумеется, соблюдалось приличие с обеих
сторон; дальнейшего же сближения не было, да и быть не могло. Встреча
в настоящее время была крайне неприятна господину Голядкину. Он немного поморщился и на минутку смешался.
— Я вам скажу, господа, по-дружески, — сказал, немного помолчав, наш
герой, как будто (так уж и быть) решившись открыть что-то чиновникам, — вы, господа, все меня знаете, но до сих пор знали только с одной
стороны. Пенять
в этом случае не на кого, и отчасти, сознаюсь, я был сам виноват.
Осекшись
в одном месте,
герой наш попробовал было попытать счастье где-нибудь с другой
стороны и обратился прямо к одному важному советнику, с значительным крестом на шее.
Герой наш почувствовал, что вдруг чья-то рука упала на его руку, что другая рука немного оперлась на спину его, что его с какою-то особенною заботливостью направляют
в какую-то
сторону.
Господин Голядкин взглянул на Антона Антоновича, и так как, по всей вероятности, физиономия нашего
героя вполне отзывалась его настоящим и гармонировала со всем смыслом дела, следовательно
в некотором отношении была весьма замечательна, то добрый Антон Антонович, отложив перо
в сторону, с каким-то необыкновенным участием осведомился о здоровье господина Голядкина.
«Ну, да ведь мы с тобой, Яков Петрович, сойдемся, — говорил наш
герой своему гостю, — мы с тобой, Яков Петрович, будем жить, как рыба с водой, как братья родные; мы, дружище, будем хитрить, заодно хитрить будем; с своей
стороны будем интригу вести
в пику им…
в пику-то им интригу вести.
Сухость тона и резкость отказа поразили господина Голядкина. «А вот лучше я как-нибудь с другой
стороны… вот я лучше к Антону Антоновичу». К несчастию господина Голядкина, и Антона Антоновича не оказалось
в наличности: он тоже где-то был чем-то занят. «А ведь не без намерения просил уволить себя от объяснений и толков! — подумал
герой наш. — Вот куда метил — старая петля!
В таком случае я просто дерзну умолять его превосходительство».
Не будь последнего посрамления,
герой наш, может быть, и решился бы скрепить свое сердце, может быть, он и решился бы смолчать, покориться и не протестовать слишком упорно; так, поспорил бы, попретендовал бы немножко, доказал бы, что он
в своем праве, потом бы уступил немножко, потом, может быть, и еще немножко бы уступил, потом согласился бы совсем, потом, и особенно тогда, когда противная
сторона признала бы торжественно, что он
в своем праве, потом, может быть, и помирился бы даже, даже умилился бы немножко, даже, — кто бы мог знать, — может быть, возродилась бы новая дружба, крепкая, жаркая дружба, еще более широкая, чем вчерашняя дружба, так что эта дружба совершенно могла бы затмить, наконец, неприятность довольно неблагопристойного сходства двух лиц, так, что оба титулярные советника были бы крайне как рады и прожили бы, наконец, до ста лет и т. д.
Господи бог мой!» — продолжал наш
герой, направив слабые и шаткие шаги свои
в ту
сторону, где увидел что-то похожее на карету.
Господина Голядкина вели под руки и, как сказано было выше, прямо на Олсуфия Ивановича — с одной
стороны господин Голядкин-младший, принявший на себя вид чрезвычайно благопристойный и благонамеренный, чему наш
герой донельзя обрадовался, с другой же
стороны руководил его Андрей Филиппович с самой торжественной миной
в лице.
Неточные совпадения
Все, что ни было, обратилось к нему навстречу, кто с картами
в руках, кто на самом интересном пункте разговора произнесши: «а нижний земский суд отвечает на это…», но что такое отвечает земский суд, уж это он бросил
в сторону и спешил с приветствием к нашему
герою.
Старушка вскоре после отъезда нашего
героя в такое пришла беспокойство насчет могущего произойти со
стороны его обмана, что, не поспавши три ночи сряду, решилась ехать
в город, несмотря на то что лошади не были подкованы, и там узнать наверно, почем ходят мертвые души и уж не промахнулась ли она, боже сохрани, продав их, может быть, втридешева.
Гоголь и Достоевский давали весьма обильное количество фактов, химически сродных основной черте характера Самгина, — он это хорошо чувствовал, и это тоже было приятно. Уродливость быта и капризная разнузданность психики объясняли Самгину его раздор с действительностью, а мучительные поиски
героями Достоевского непоколебимой истины и внутренней свободы, снова приподнимая его, выводили
в сторону из толпы обыкновенных людей, сближая его с беспокойными
героями Достоевского.
— Интересно, что сделает ваше поколение, разочарованное
в человеке? Человек-герой, видимо, антипатичен вам или пугает вас, хотя историю вы мыслите все-таки как работу Августа Бебеля и подобных ему. Мне кажется, что вы более индивидуалисты, чем народники, и что массы выдвигаете вы вперед для того, чтоб самим остаться
в стороне. Среди вашего брата не чувствуется человек, который сходил бы с ума от любви к народу, от страха за его судьбу, как сходит с ума Глеб Успенский.
Прелесть, обаяние толстовского художественного творчества связаны с тем, что он изображает двойную жизнь: с одной
стороны, жизнь его
героев в обществе с его условностями,
в цивилизации, с ее обязательной ложью, с другой
стороны, то, что думают его
герои, когда они не стоят перед обществом, когда они поставлены перед тайной бытия, перед Богом и природой.