Падения она не видела, но зато
услышала крик, крик особенный, странный, но ей уже давно известный, — крик эпилептика, падающего в припадке.
Хозяин, который давно уже с любопытством заглядывал в дверь,
слыша крик и чуя, что гости перессорились, тотчас явился в комнату.
Неточные совпадения
Дорогою Марья Кондратьевна успела припомнить, что давеча, в девятом часу,
слышала страшный и пронзительный вопль на всю окрестность из их сада — и это именно был, конечно, тот самый
крик Григория, когда он, вцепившись руками в ногу сидевшего уже на заборе Дмитрия Федоровича, прокричал: «Отцеубивец!» «Завопил кто-то один и вдруг перестал», — показывала, бежа, Марья Кондратьевна.
Слышали ее
крики: «С тобой хоть на казнь!» А что я ей дал, я, нищий, голяк, за что такая любовь ко мне, стою ли я, неуклюжая, позорная тварь и с позорным лицом, такой любви, чтоб со мной ей в каторгу идти?
В первом показании о том же предмете у госпожи Верховцевой выходило не так, совершенно не так; во втором же показании мы
слышали лишь
крики озлобления, отмщения,
крики долго таившейся ненависти.
Но, однако, полслова-то можно сказать: мы
слышали давеча не показание, а лишь
крик исступленной и отмщающей женщины, и не ей, о, не ей укорять бы в измене, потому что она сама изменила!
— Постой, Иван Кузьмич, — сказала комендантша, вставая с места. — Дай уведу Машу куда-нибудь из дому; а то
услышит крик, перепугается. Да и я, правду сказать, не охотница до розыска. Счастливо оставаться.
Неточные совпадения
За мной неслись четыре казака; уж я
слышал за собою
крик гяуров, и передо мною был густой лес.
Бульба в своей тесной клетке мог только
слышать шум,
крики возниц и больше ничего.
Степан Аркадьич вздохнул, отер лицо и тихими шагами пошел из комнаты. «Матвей говорит: образуется; но как? Я не вижу даже возможности. Ах, ах, какой ужас! И как тривиально она кричала, — говорил он сам себе, вспоминая ее
крик и слова: подлец и любовница. — И, может быть, девушки
слышали! Ужасно тривиально, ужасно». Степан Аркадьич постоял несколько секунд один, отер глаза, вздохнул и, выпрямив грудь, вышел из комнаты.
Лютов, крепко потирая руки, усмехался, а Клим подумал, что чаще всего, да почти и всегда, ему приходится
слышать хорошие мысли из уст неприятных людей. Ему понравились
крики Лютова о необходимости свободы, ему казалось верным указание Туробоева на русское неуменье владеть мыслью. Задумавшись, он не дослышал чего-то в речи Туробоева и был вспугнут
криком Лютова:
— Р-разойди-ись! —
услышал Самгин заунывный
крик, бросился за угол церкви и тоже встал у стены ее, рядом с мужчиной и женщиной.