Неточные совпадения
Ненавидел он даже Алешу, вспоминая давешний
с ним
разговор, ненавидел очень минутами и
себя.
Но была ли это вполне тогдашняя беседа, или он присовокупил к ней в записке своей и из прежних бесед
с учителем своим, этого уже я не могу решить, к тому же вся речь старца в записке этой ведется как бы беспрерывно, словно как бы он излагал жизнь свою в виде повести, обращаясь к друзьям своим, тогда как, без сомнения, по последовавшим рассказам, на деле происходило несколько иначе, ибо велась беседа в тот вечер общая, и хотя гости хозяина своего мало перебивали, но все же говорили и от
себя, вмешиваясь в
разговор, может быть, даже и от
себя поведали и рассказали что-либо, к тому же и беспрерывности такой в повествовании сем быть не могло, ибо старец иногда задыхался, терял голос и даже ложился отдохнуть на постель свою, хотя и не засыпал, а гости не покидали мест своих.
На другой же день после
разговора своего
с Алешей в поле, после которого Митя почти не спал всю ночь, он явился в дом Самсонова около десяти часов утра и велел о
себе доложить.
Он представил его человеком слабоумным,
с зачатком некоторого смутного образования, сбитого
с толку философскими идеями не под силу его уму и испугавшегося иных современных учений о долге и обязанности, широко преподанных ему практически — бесшабашною жизнию покойного его барина, а может быть и отца, Федора Павловича, а теоретически — разными странными философскими
разговорами с старшим сыном барина, Иваном Федоровичем, охотно позволявшим
себе это развлечение — вероятно, от скуки или от потребности насмешки, не нашедшей лучшего приложения.
В доме все пошло другим порядком. Бонавентура Каетанович приходил к Кордулии Адальбертовне только после ухода Алексея Кириловича в должность и скрывался за час до его возвращения. Алексей Кирилович и слышать не мог о Хржонжчковском. Других людей он тоже не допускал к
разговорам с собою, потому что после разочарования в Хржонжчковском он уже не верил ни в чью благопристойность.
Неточные совпадения
Осип, слуга, таков, как обыкновенно бывают слуги несколько пожилых лет. Говорит сурьёзно, смотрит несколько вниз, резонер и любит
себе самому читать нравоучения для своего барина. Голос его всегда почти ровен, в
разговоре с барином принимает суровое, отрывистое и несколько даже грубое выражение. Он умнее своего барина и потому скорее догадывается, но не любит много говорить и молча плут. Костюм его — серый или синий поношенный сюртук.
Еще отец, нарочно громко заговоривший
с Вронским, не кончил своего
разговора, как она была уже вполне готова смотреть на Вронского, говорить
с ним, если нужно, точно так же, как она говорила
с княгиней Марьей Борисовной, и, главное, так, чтобы всё до последней интонации и улыбки было одобрено мужем, которого невидимое присутствие она как будто чувствовала над
собой в эту минуту.
«Да, он порядочный человек и смотрит на дело как должно, — сказал
себе Вронский, поняв значение выражения лица Голенищева и перемены
разговора. — Можно познакомить его
с Анной, он смотрит как должно».
В эти два часа ожидания у Болгаринова Степан Аркадьич, бойко прохаживаясь по приемной, расправляя бакенбарды, вступая в
разговор с другими просителями и придумывая каламбур, который он скажет о том, как он у Жида дожидался, старательно скрывал от других и даже от
себя испытываемое чувство.
Княгиня, сидевшая
с другой стороны стола
с Марьей Власьевной и Степаном Аркадьичем, подозвала к
себе Левина и завела
с ним
разговор о переезде в Москву для родов Кити и приготовлении квартиры.