Неточные совпадения
В гимназии своей он курса не кончил; ему оставался еще
целый год, как он вдруг объявил своим дамам, что едет к отцу по
одному делу, которое взбрело ему
в голову.
Раз пикник всем городом был, поехали на семи тройках;
в темноте, зимой,
в санях, стал я жать
одну соседскую девичью ручку и принудил к
поцелуям эту девочку, дочку чиновника, бедную, милую, кроткую, безответную.
Я знал
одного разбойника
в остроге: ему случалось
в свою карьеру, избивая
целые семейства
в домах,
в которые забирался по ночам для грабежа, зарезать заодно несколько и детей.
Скажи мне сам прямо, я зову тебя — отвечай: представь, что это ты сам возводишь здание судьбы человеческой с
целью в финале осчастливить людей, дать им наконец мир и покой, но для этого необходимо и неминуемо предстояло бы замучить всего лишь
одно только крохотное созданьице, вот того самого ребеночка, бившего себя кулачонком
в грудь, и на неотомщенных слезках его основать это здание, согласился ли бы ты быть архитектором на этих условиях, скажи и не лги!
Целые два часа чувствовал он себя почти счастливым и попивал коньячок; но вдруг
в доме произошло
одно предосадное и пренеприятное для всех обстоятельство, мигом повергшее Федора Павловича
в большое смятение...
Милые мои, чего мы ссоримся, друг пред другом хвалимся,
один на другом обиды помним: прямо
в сад пойдем и станем гулять и резвиться, друг друга любить и восхвалять, и
целовать, и жизнь нашу благословлять».
Ибо привык надеяться на себя
одного и от
целого отделился единицей, приучил свою душу не верить
в людскую помощь,
в людей и
в человечество, и только и трепещет того, что пропадут его деньги и приобретенные им права его.
Если же все оставят тебя и уже изгонят тебя силой, то, оставшись
один, пади на землю и
целуй ее, омочи ее слезами твоими, и даст плод от слез твоих земля, хотя бы и не видал и не слыхал тебя никто
в уединении твоем.
И, нагнувшись над ним
в умилении, она
поцеловала его лоб. Калганов
в один миг открыл глаза, взглянул на нее, привстал и с самым озабоченным видом спросил: где Максимов?
Его нарочно выписала и пригласила из Москвы Катерина Ивановна за большие деньги — не для Илюшечки, а для другой
одной цели, о которой будет сказано ниже и
в своем месте, но уж так как он прибыл, то и попросила его навестить и Илюшечку, о чем штабс-капитан был заранее предуведомлен.
— Трою основали Тевкр, Дардан, Иллюс и Трос, — разом отчеканил мальчик и
в один миг весь покраснел, так покраснел, что на него жалко стало смотреть. Но мальчики все на него глядели
в упор, глядели
целую минуту, и потом вдруг все эти глядящие
в упор глаза разом повернулись к Коле. Тот с презрительным хладнокровием все еще продолжал обмеривать взглядом дерзкого мальчика.
— Лекарь, есть только
одно существо
в целом мире, которое может приказывать Николаю Красоткину, это вот этот человек, — Коля указал на Алешу, — ему повинуюсь, прощайте!
Затем последовал уже
целый ряд писем, по письму
в день, все так же важных и витиеватых, но
в которых сумма, просимая взаймы, постепенно спускаясь, дошла до ста рублей, до двадцати пяти, до десяти рублей, и наконец вдруг Грушенька получила письмо,
в котором оба пана просили у ней
один только рубль и приложили расписку, на которой оба и подписались.
— Я ведь
одному вам говорю, — начала опять Лиза. — Я себе
одной говорю, да еще вам. Вам
одному в целом мире. И вам охотнее, чем самой себе говорю. И вас совсем не стыжусь. Алеша, почему я вас совсем не стыжусь, совсем? Алеша, правда ли, что жиды на Пасху детей крадут и режут?
Но прислуживала ему
в целом флигеле всего только
одна древняя, совсем глухая старушонка, вся
в ревматизмах, ложившаяся
в шесть часов вечера и встававшая
в шесть часов утра.
Ну, фрак, белый галстук, перчатки, и, однако, я был еще бог знает где, и, чтобы попасть к вам на землю, предстояло еще перелететь пространство… конечно, это
один только миг, но ведь и луч света от солнца идет
целых восемь минут, а тут, представь, во фраке и
в открытом жилете.
Мало того: если даже период этот и никогда не наступит, но так как Бога и бессмертия все-таки нет, то новому человеку позволительно стать человеко-богом, даже хотя бы
одному в целом мире, и, уж конечно,
в новом чине, с легким сердцем перескочить всякую прежнюю нравственную преграду прежнего раба-человека, если оно понадобится.
Будь это опытный убийца и именно убийца с
целью одного грабежа, — ну, оставил ли бы он обложку конверта на полу,
в том виде, как нашли ее подле трупа?
Но
в своей горячей речи уважаемый мой противник (и противник еще прежде, чем я произнес мое первое слово), мой противник несколько раз воскликнул: „Нет, я никому не дам защищать подсудимого, я не уступлю его защиту защитнику, приехавшему из Петербурга, — я обвинитель, я и защитник!“ Вот что он несколько раз воскликнул и, однако же, забыл упомянуть, что если страшный подсудимый
целые двадцать три года столь благодарен был всего только за
один фунт орехов, полученных от единственного человека, приласкавшего его ребенком
в родительском доме, то, обратно, не мог же ведь такой человек и не помнить, все эти двадцать три года, как он бегал босой у отца „на заднем дворе, без сапожек, и
в панталончиках на
одной пуговке“, по выражению человеколюбивого доктора Герценштубе.
Я хотела было упасть к ногам его
в благоговении, но как подумала вдруг, что он сочтет это только лишь за радость мою, что спасают Митю (а он бы непременно это подумал!), то до того была раздражена лишь
одною только возможностью такой несправедливой мысли с его стороны, что опять раздражилась и вместо того, чтоб
целовать его ноги, сделала опять ему сцену!
Неточные совпадения
Он
в том покое поселился, // Где деревенский старожил // Лет сорок с ключницей бранился, //
В окно смотрел и мух давил. // Всё было просто: пол дубовый, // Два шкафа, стол, диван пуховый, // Нигде ни пятнышка чернил. // Онегин шкафы отворил; //
В одном нашел тетрадь расхода, //
В другом наливок
целый строй, // Кувшины с яблочной водой // И календарь осьмого года: // Старик, имея много дел, //
В иные книги не глядел.
Конечно, не
один Евгений // Смятенье Тани видеть мог; // Но
целью взоров и суждений //
В то время жирный был пирог // (К несчастию, пересоленный); // Да вот
в бутылке засмоленной, // Между жарким и блан-манже, // Цимлянское несут уже; // За ним строй рюмок узких, длинных, // Подобно талии твоей, // Зизи, кристалл души моей, // Предмет стихов моих невинных, // Любви приманчивый фиал, // Ты, от кого я пьян бывал!
И долго, будто сквозь тумана, // Она глядела им вослед… // И вот
одна,
одна Татьяна! // Увы! подруга стольких лет, // Ее голубка молодая, // Ее наперсница родная, // Судьбою вдаль занесена, // С ней навсегда разлучена. // Как тень она без
цели бродит, // То смотрит
в опустелый сад… // Нигде, ни
в чем ей нет отрад, // И облегченья не находит // Она подавленным слезам, // И сердце рвется пополам.
Прямым Онегин Чильд Гарольдом // Вдался
в задумчивую лень: // Со сна садится
в ванну со льдом, // И после, дома
целый день, //
Один,
в расчеты погруженный, // Тупым кием вооруженный, // Он на бильярде
в два шара // Играет с самого утра. // Настанет вечер деревенский: // Бильярд оставлен, кий забыт, // Перед камином стол накрыт, // Евгений ждет: вот едет Ленский // На тройке чалых лошадей; // Давай обедать поскорей!
«Пропущенные строфы подавали неоднократно повод к порицанию и насмешкам (впрочем, весьма справедливым и остроумным). Автор чистосердечно признается, что он выпустил из своего романа
целую главу,
в коей описано было путешествие Онегина по России. От него зависело означить сию выпущенную главу точками или цифром; но во избежание соблазна решился он лучше выставить вместо девятого нумера осьмой над последней главою Евгения Онегина и пожертвовать
одною из окончательных строф: