Неточные совпадения
— Гадаю-то я гадаю, Шатушка, да не
то как-то выходит, — подхватила вдруг Марья Тимофеевна, расслышав последнее словцо, и, не
глядя, протянула левую руку к булке (тоже, вероятно, расслышав и про булку).
— Если, — произнесла она наконец с твердостию и видимо к зрителям, хотя и
глядела на одну Дашу, — если Николай Всеволодович не обратился со своим поручением даже ко мне, а просил тебя,
то, конечно, имел свои причины так поступить.
— Садитесь, прошу вас, подле меня, чтобы можно было мне потом вас разглядеть, — произнесла она довольно твердо, с явною и какою-то новою целью. — А теперь не беспокойтесь, я и сама не буду
глядеть на вас, а буду вниз смотреть. Не
глядите и вы на меня до
тех пор, пока я вас сама не попрошу. Садитесь же, — прибавила она даже с нетерпением.
Не отрываясь от дела, она кивнула головой в сторону Степана Трофимовича и, когда
тот пробормотал какое-то приветствие, подала ему наскоро руку и указала, не
глядя, подле себя место.
— Да что с вами? — вскричал Ставрогин.
Тот не ответил, но бежал за ним и
глядел на него прежним умоляющим, но в
то же время и непреклонным взглядом.
— Может, и брежу, может, и брежу! — подхватил
тот скороговоркой, — но я выдумал первый шаг. Никогда Шигалеву не выдумать первый шаг. Много Шигалевых! Но один, один только человек в России изобрел первый шаг и знает, как его сделать. Этот человек я. Что вы
глядите на меня? Мне вы, вы надобны, без вас я нуль. Без вас я муха, идея в стклянке, Колумб без Америки.
— Охоты нет, так я и знал! — вскричал
тот в порыве неистовой злобы. — Врете вы, дрянной, блудливый, изломанный барчонок, не верю, аппетит у вас волчий!.. Поймите же, что ваш счет теперь слишком велик, и не могу же я от вас отказаться! Нет на земле иного, как вы! Я вас с заграницы выдумал; выдумал, на вас же
глядя. Если бы не
глядел я на вас из угла, не пришло бы мне ничего в голову!..
Она
глядела на него как на оракула, и, кажется, если б он сейчас ушел,
то слегла бы в постель.
Но, несмотря на свою дубину, он никак не мог снести пристально устремленных на него очков «честной русской мысли» и старался
глядеть по сторонам, а когда делал pas de deux, [па де дё (фр.).]
то изгибался, вертелся и не знал, куда деваться, — до
того, вероятно, мучила его совесть…
Кириллов промолчал. Липутин поместился между
тем в сторонке, под портретом архиерея. Давешняя отчаянная мысль всё более и более овладевала его умом. Кириллов почти не замечал его. Липутин знал теорию Кириллова еще прежде и смеялся над ним всегда; но теперь молчал и мрачно
глядел вокруг себя.
Тот, пристально и всё еще не узнавая,
глядел на него; но, увидев выставившегося из кухни Липутина, улыбнулся своею гадкою улыбкой и вдруг вскочил, захватив с полу револьвер.
Он мигом устроился за столом на другом конце дивана и с чрезвычайною жадностью накинулся на кушанье; но в
то же время каждый миг наблюдал свою жертву. Кириллов с злобным отвращением
глядел на него неподвижно, словно не в силах оторваться.
Ударюсь об заклад, что вздор; // И если б не к лицу, не нужно перевязки; // А то не вздор, что вам не избежать огласки: // На смех,
того гляди, подымет Чацкий вас; // И Скалозуб как свой хохол закру́тит, // Расскажет обморок, прибавит сто прикрас; // Шутить и он горазд, ведь нынче кто не шутит!
В канаве бабы ссорятся, // Одна кричит: «Домой идти // Тошнее, чем на каторгу!» // Другая: — Врешь, в моем дому // Похуже твоего! // Мне старший зять ребро сломал, // Середний зять клубок украл, // Клубок плевок, да дело в том — // Полтинник был замотан в нем, // А младший зять все нож берет, //
Того гляди убьет, убьет!..
Неточные совпадения
Он в
том покое поселился, // Где деревенский старожил // Лет сорок с ключницей бранился, // В окно смотрел и мух давил. // Всё было просто: пол дубовый, // Два шкафа, стол, диван пуховый, // Нигде ни пятнышка чернил. // Онегин шкафы отворил; // В одном нашел тетрадь расхода, // В другом наливок целый строй, // Кувшины с яблочной водой // И календарь осьмого года: // Старик, имея много дел, // В иные книги не
глядел.
Так мысль ее далече бродит: // Забыт и свет и шумный бал, // А глаз меж
тем с нее не сводит // Какой-то важный генерал. // Друг другу тетушки мигнули, // И локтем Таню враз толкнули, // И каждая шепнула ей: // «Взгляни налево поскорей». — // «Налево? где? что там такое?» — // «Ну, что бы ни было,
гляди… // В
той кучке, видишь? впереди, // Там, где еще в мундирах двое… // Вот отошел… вот боком стал… — // «Кто? толстый этот генерал?»
Ей-ей! не
то, чтоб содрогнулась // Иль стала вдруг бледна, красна… // У ней и бровь не шевельнулась; // Не сжала даже губ она. // Хоть он
глядел нельзя прилежней, // Но и следов Татьяны прежней // Не мог Онегин обрести. // С ней речь хотел он завести // И — и не мог. Она спросила, // Давно ль он здесь, откуда он // И не из их ли уж сторон? // Потом к супругу обратила // Усталый взгляд; скользнула вон… // И недвижим остался он.
Желать обнять у вас колени // И, зарыдав, у ваших ног // Излить мольбы, признанья, пени, // Всё, всё, что выразить бы мог, // А между
тем притворным хладом // Вооружать и речь и взор, // Вести спокойный разговор, //
Глядеть на вас веселым взглядом!..
Весь вечер Ленский был рассеян, //
То молчалив,
то весел вновь; // Но
тот, кто музою взлелеян, // Всегда таков: нахмуря бровь, // Садился он за клавикорды // И брал на них одни аккорды, //
То, к Ольге взоры устремив, // Шептал: не правда ль? я счастлив. // Но поздно; время ехать. Сжалось // В нем сердце, полное тоской; // Прощаясь с девой молодой, // Оно как будто разрывалось. // Она
глядит ему в лицо. // «Что с вами?» — «Так». — И на крыльцо.