Степан Трофимович машинально подал руку и указал садиться; посмотрел на меня, посмотрел на Липутина и вдруг, как бы опомнившись, поскорее сел сам, но всё еще держа в
руке шляпу и палку и не замечая того.
Неточные совпадения
Я прочел и удивился, что он в таком волнении от таких пустяков. Взглянув на него вопросительно, я вдруг заметил, что он, пока я читал, успел переменить свой всегдашний белый галстук на красный.
Шляпа и палка его лежали на столе. Сам же был бледен, и даже
руки его дрожали.
Кстати, костюм его отличался на этот раз необыкновенною изысканностию: почти бальное, батистовое с вышивкой белье, белый галстук, новая
шляпа в
руках, свежие соломенного цвета перчатки и даже, чуть-чуть, духи.
— Кажется, это Лебядкиных-с, — выискался наконец один добрый человек с ответом на запрос Варвары Петровны, наш почтенный и многими уважаемый купец Андреев, в очках, с седою бородой, в русском платье и с круглою цилиндрическою
шляпой, которую держал теперь в
руках, — они у Филипповых в доме проживают, в Богоявленской улице.
У капитана были и перчатки черные, из которых правую, еще не надеванную, он держал в
руке, а левая, туго напяленная и не застегнувшаяся, до половины прикрывала его мясистую левую лапу, в которой он держал совершенно новую, глянцевитую и, наверно, в первый еще раз служившую круглую
шляпу.
Капитан замер на стуле с своею
шляпой и перчатками в
руках и не сводя бессмысленного взгляда своего со строгого лица Варвары Петровны.
Наконец раздался тихий, густой звук больших стенных часов, пробивших один раз. С некоторым беспокойством повернул он голову взглянуть на циферблат, но почти в ту же минуту отворилась задняя дверь, выходившая в коридор, и показался камердинер Алексей Егорович. Он нес в одной
руке теплое пальто, шарф и
шляпу, а в другой серебряную тарелочку, на которой лежала записка.
Петр Степанович взял
шляпу и встал с места. Кармазинов протянул ему на прощание обе
руки.
Мы просидели, я думаю, еще час или более, всё чего-то ожидая, — уж такая задалась идея. Он прилег опять, даже закрыл глаза и минут двадцать пролежал, не говоря ни слова, так что я подумал даже, что он заснул или в забытьи. Вдруг он стремительно приподнялся, сорвал с головы полотенце, вскочил с дивана, бросился к зеркалу, дрожащими
руками повязал галстук и громовым голосом крикнул Настасью, приказывая подать себе пальто, новую
шляпу и палку.
Широкополую
шляпу свою он придерживал в левой
руке.
Шляпа с широкими полями, гарусный шарф, плотно обматывавший шею, палка в правой
руке, а в левой чрезвычайно маленький, но чрезмерно туго набитый саквояж довершали костюм.
— Опять жарища на целый день, — с небрежною досадой бормотал Ганя, держа в
руках шляпу, потягиваясь и зевая, — ну как на месяц этакой засухи!.. Идем или нет, Птицын?
Марья Дмитриевна пустилась в описание своих забот, стараний, своих материнских чувств. Лаврецкий слушал ее молча и вертел в
руках шляпу. Его холодный, тяжелый взгляд смутил разболтавшуюся барыню.
Неточные совпадения
Татьяна взором умиленным // Вокруг себя на всё глядит, // И всё ей кажется бесценным, // Всё душу томную живит // Полумучительной отрадой: // И стол с померкшею лампадой, // И груда книг, и под окном // Кровать, покрытая ковром, // И вид в окно сквозь сумрак лунный, // И этот бледный полусвет, // И лорда Байрона портрет, // И столбик с куклою чугунной // Под
шляпой с пасмурным челом, // С
руками, сжатыми крестом.
— Пожалуте-с, пожалуте-с! — говорил у суконной лавки, учтиво рисуясь, с открытою головою, немецкий сюртук московского шитья, с
шляпой в
руке на отлете, только чуть державший двумя пальцами бритый круглый подбородок и выраженье тонкости просвещенья в лице.
И, наконец, благовоспитанный купец, отнеся
шляпу от головы настолько, сколько могла
рука, и весь подавшись вперед, произнес:
Манилов был совершенно растроган. Оба приятеля долго жали друг другу
руку и долго смотрели молча один другому в глаза, в которых видны были навернувшиеся слезы. Манилов никак не хотел выпустить
руки нашего героя и продолжал жать ее так горячо, что тот уже не знал, как ее выручить. Наконец, выдернувши ее потихоньку, он сказал, что не худо бы купчую совершить поскорее и хорошо бы, если бы он сам понаведался в город. Потом взял
шляпу и стал откланиваться.
Ставши спиной к товарам и лицом к покупателю, купец, с обнаженной головою и
шляпой на отлете, еще раз приветствовал Чичикова. Потом надел
шляпу и, приятно нагнувшись, обеими же
руками упершись в стол, сказал так: