Неточные совпадения
— Я имею
право стрелять
как хочу, лишь бы происходило
по правилам, — твердо заявил Николай Всеволодович.
— Слушайте, мы сделаем смуту, — бормотал тот быстро и почти
как в бреду. — Вы не верите, что мы сделаем смуту? Мы сделаем такую смуту, что всё поедет с основ. Кармазинов
прав, что не за что ухватиться. Кармазинов очень умен. Всего только десять таких же кучек
по России, и я неуловим.
Он у нас действительно летал и любил летать в своих дрожках с желтым задком, и
по мере того
как «до разврата доведенные пристяжные» сходили всё больше и больше с ума, приводя в восторг всех купцов из Гостиного ряда, он подымался на дрожках, становился во весь рост, придерживаясь за нарочно приделанный сбоку ремень, и, простирая
правую руку в пространство,
как на монументах, обозревал таким образом город.
Не доезжая городского валу, «они мне велели снова остановить, вышли из экипажа и прошли через дорогу в поле; думал, что
по какой ни есть слабости, а они стали и начали цветочки рассматривать и так время стояли, чудно,
право, совсем уже я усумнился».
— Еще бы не предвидеть! Вот из этого револьвера (он вынул револьвер, по-видимому показать, но уже не спрятал его более, а продолжал держать в
правой руке,
как бы наготове). — Странный вы, однако, человек, Кириллов, ведь вы сами знали, что этим должно было кончиться с этим глупым человеком. Чего же тут еще предвидеть? Я вам в рот разжевывал несколько раз. Шатов готовил донос: я следил; оставить никак нельзя было. Да и вам дана была инструкция следить; вы же сами сообщали мне недели три тому…
Уедет он — я не только не имею права удержать его, но должна желать разлуки; а удержу — что я скажу ему,
по какому праву хочу его ежеминутно видеть, слышать?..
Он спрашивал очень простую вещь; он спрашивал: зачем и
по какому праву одни люди заперли, мучают, ссылают, секут и убивают других людей, тогда как они сами точно такие же, как и те, которых они мучают, секут, убивают?
— Правда, в неделю раза два-три: это не часто и не могло бы надоесть: напротив, — если б делалось без намерения, а так само собой. Но это все делается с умыслом: в каждом вашем взгляде и шаге я вижу одно — неотступное желание не давать мне покоя, посягать на каждый мой взгляд, слово, даже на мои мысли…
По какому праву, позвольте вас спросить?
…Куда природа свирепа к лицам. Что и что прочувствовалось в этой груди страдальца прежде, чем он решился своей веревочкой остановить маятник, меривший ему одни оскорбления, одни несчастия. И за что? За то, что отец был золотушен или мать лимфатична? Все это так. Но
по какому праву мы требуем справедливости, отчета, причин? — у кого? — у крутящегося урагана жизни?..
Неточные совпадения
В то время, когда один пускал кудреватыми облаками трубочный дым, другой, не куря трубки, придумывал, однако же, соответствовавшее тому занятие: вынимал, например, из кармана серебряную с чернью табакерку и, утвердив ее между двух пальцев левой руки, оборачивал ее быстро пальцем
правой, в подобье того
как земная сфера обращается около своей оси, или же просто барабанил
по табакерке пальцами, насвистывая какое-нибудь ни то ни се.
Но дело в том, что я намерен это следить не формальным следованьем
по бумагам, а военным быстрым судом,
как в военное <время>, и надеюсь, что государь мне даст это
право, когда я изложу все это дело.
На старшую дочь Александру Степановну он не мог во всем положиться, да и был
прав, потому что Александра Степановна скоро убежала с штабс-ротмистром, бог весть
какого кавалерийского полка, и обвенчалась с ним где-то наскоро в деревенской церкви, зная, что отец не любит офицеров
по странному предубеждению, будто бы все военные картежники и мотишки.
Одна очень любезная дама, — которая приехала вовсе не с тем чтобы танцевать,
по причине приключившегося,
как сама выразилась, небольшого инкомодите [Инкомодитé (от фр. l’incommоdité) — здесь: нездоровье.] в виде горошинки на
правой ноге, вследствие чего должна была даже надеть плисовые сапоги, — не вытерпела, однако же, и сделала несколько кругов в плисовых сапогах, для того именно, чтобы почтмейстерша не забрала в самом деле слишком много себе в голову.
— Вот
как бы догадались было, Павел Иванович, — сказал Селифан, оборотившись с козел, — чтобы выпросить у Андрея Ивановича другого коня, в обмен на чубарого; он бы,
по дружественному расположению к вам, не отказал бы, а это конь-с,
право, подлец-лошадь и помеха.