Цитаты со словом «рассказ»

Область
поиска
Область
поиска
С самого начала идет коротенький рассказ о баснословном времени славянской истории (V–IX века) и приводится рассказ новгородского летописца о скифах и славянах, которых он почитает единоплеменным народом, производя их названия от имен князей Скифа и Славяна, родных братьев.
Говоря о смерти Святослава, «Записки» утверждают, что он утонул в Днепре во время боя: видно, что автор боялся, чтобы не унизить достоинства великокняжеского даже рассказом о позоре, учиненном над трупом князя.
Впрочем, здесь характер рассказа опять несколько мягче.
Только тон рассказа, по обычаю, изменен, и опять в пользу великого князя.
В самом изложении составитель весьма близко держится летописных сказаний, во многих местах близко сходится с Татищевым, только распространяя его сжатый рассказ, иногда прерывает простодушное повествование летописи своими соображениями.
В «Записках» попадаются даже страницы, которые разнятся от рассказа г. Соловьева только слогом.
Иногда она давала им свой смысл, умалчивала об одном и изменяла тон рассказа о другом; но искусство рассказа было таково, что читающему даже не приходило в голову, чтобы могло быть что-нибудь другое, кроме того, что ему сообщается.
Автор этого письма говорит о Клире как о лице хорошо ему известном и оправдывает его отзыв о Марке Аврелии; в заключение же говорит с огорчением: «Критики, а особливо вмешивающиеся в дела политические, которых не знают ни малейшей связи, всегда будут иметь прекрасное поле рассыпать свои рассказы».
Другой несчастный, замешанный в эти же долги, попал в тюрьму и приговорен был к ссылке; но, заключает бедняк рассказ свой, «великодушие общего нашего милостивца, большого боярина, участь его облегчило.
Вообще всякий обман, предательство, вероломство встречали сильное обличение в «Собеседнике». Этого касаются отчасти даже «Были и небылицы»; но гораздо сильнее говорят против того другие статьи. В XIV части помещен целый рассказ «Клеант», в котором выведен человек, обманывавший своего друга ложною преданностью и между тем клеветавший на него.
Несколько таких выходок есть также в статье «Путешествующие», при рассказе одного подобного случая.
Даже «Были и небылицы», в которых никак нельзя ожидать рассказов о подобных предметах, касаются их нередко.
В четвертой части находим рассказ о человеке, который ожесточен был против лекарств и еще более утвержден в своем предубеждении отцом игуменом на Перерве, куда он ездил молиться богу, — «его преподобие имел такое мнение, что всякий доктор должен быть неминуемо колдун и что весь корпус медиков есть не что иное, как сатанино сонмище, попущенное гневом божиим на пагубу человеческого рода».
Разница между рассказом «Письмовника» и «Собеседника» та, что там друзья решаются настращать приятеля за богохульство, в котором он упражнялся с вечера, а здесь за то, что он оскорбляет божество Талии, осмеливаясь писать комедии по заказу одного господчика, который, побывав в Париже (как видно, это было в глазах издателей необходимое условие глупости), слыл между дворянами великим умником, да и от мещан тоже хотел получить дань поклонения своему гению.
Таким образом, еще в 1784 году находим мы насмешки над тем, против чего принуждена была вооружаться наша критика в 30-х годах текущего столетия и что от времени до времени и теперь еще появляется в некоторых рассказах и комедиях. И в этом случае «Собеседник» далеко опередил свое время.
Затем, для параллели, идет рассказ о земле, на которую путешествовал один из лунных жителей, Квалбоко.
Сущность рассказа состоит в том, что все на земле дурно, что различие между дикими народами и просвещенными маловажно: «дикие производят то наглостию, что просвещенные делают искусством».
(6) Довольно полный рассказ об этом находится, например, у Мизко («Столетие русской словесности», стр. 83–84); см. также словари Евгения и Бантыш-Каменского под именами Державина, Дашковой и Козодавлева. Подробнее же рассказано все это происшествие в объяснениях к сочинениям Державина, Львова (ч. II, стр. 6–9) и в статье г. Грота о «Фелице» и «Собеседнике» («Современник», 1845, № 11, стр. 120–125).
 

Выдержки из русской классики со словом «рассказ»

Рассказы и странные истории, слышанные им, помогали еще более действовать его воображению.
Альбом служил как бы дополнением, иллюстрацией к сатирическим рассказам князя Василия. Со своим непоколебимым спокойствием он показывал, например: «Историю любовных похождений храброго генерала Аносова в Турции, Болгарии и других странах»; «Приключение петиметра князя Николя Булат-Тугановского в Монте-Карло» и так далее.
Стараясь восстановить в своей памяти все мелочи, она начала рассказывать о бегстве и говорила так, точно передавала чей-то рассказ, сомневаясь в правде его.
Часто он совершенно забывал повод, по которому он рассказывал, увлекаясь рассказом, тем более что рассказывал он очень искренно и правдиво.
И его увлечение заразительно: оно неотразимо овладевает симпатией читателя, с первой страницы приковывает к рассказу мысль его и чувство, заставляет и его переживать, перечувствовать те моменты, в которых являются перед ним тургеневские лица.
Смотреть все выдержки из русской классики со словом «рассказ»

Предложения со словом «рассказ»

Значение слова «рассказ»

Афоризмы русских писателей со словом «рассказ»

Отправить комментарий

@
Смотрите также

Значение слова «рассказ»

РАССКА́З, -а, м. 1. Действие по знач. глаг. рассказатьрассказывать. Прервать чей-л. рассказ.

Все значения слова «рассказ»

Предложения со словом «рассказ»

  • Как любил я слушать рассказы отца о его детстве и родственниках, но как больно было мне слышать всё это в хвастливом и сварливом тоне.

  • – Вот смотрите, – начала рассказ бабушка, – для начала я нарисую с помощью циркуля несколько окружностей.

  • – Тогда, – обратился к нему маркиз, – попроси свою мать продолжать рассказ и будьте уверены, что мы, как и обещали, сохраним вашу тайну.

  • (все предложения)

Синонимы к слову «рассказ»

Ассоциации к слову «рассказ»

Каким бывает «рассказ»

Морфология

Правописание

 
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я