Неточные совпадения
К сожалению, историки никогда почти не избегают странного увлечения
личностями, в ущерб
исторической необходимости.
Но стоит раз обратиться истории на этот путь, стоит раз сознать, что в общем ходе истории самое большое участие приходится на долю народа и только весьма малая Доля остается для отдельных
личностей, — и тогда
исторические сведения о явлениях внутренней жизни народа будут иметь гораздо более цены для исследователей и, может быть, изменят многие из доселе господствовавших
исторических воззрений.
Нельзя же двум великим
историческим личностям, двум поседелым деятелям всей западной истории, представителям двух миров, двух традиций, двух начал — государства и личной свободы, нельзя же им не остановить, не сокрушить третью личность, немую, без знамени, без имени, являющуюся так не вовремя с веревкой рабства на шее и грубо толкающуюся в двери Европы и в двери истории с наглым притязанием на Византию, с одной ногой на Германии, с другой — на Тихом океане.
В историю активно вступают так называемые
исторические личности, но история, в сущности, не замечает личности, её индивидуальной неповторимости, единичности и незаменимости; она интересуется «общим» и тогда, когда обращена к индивидуальному.
Но прежде чем продолжать наш рассказ, нам необходимо ближе познакомиться с этою выдающеюся
историческою личностью, которая явится центральной фигурой нашего правдивого повествования и героем разыгравшейся на «конце России» романической драмы.
Неточные совпадения
— Весьма любопытно, тетя Лиза, наблюдать, с какой жадностью и ловкостью человеки хватаются за
историческую необходимость. С этой стороны марксизм для многих чрезвычайно приятен. Дескать — эволюция, детерминизм,
личность — бессильна. И — оставьте нас в покое.
«
Историческое» раскрывает
личность, дает ей движение, «частное» же, хозяйственно-родовое, закрывает
личность и не дает ей хода.
Идейность в политике связана с духовным углублением
личности, с воспитанием души целого народа, с сознанием великой ответственности, а не с упрощением и схематизацией сложной
исторической жизни.
И лишь углубление мировоззрения может привести человеческую
личность, так трагически поставленную перед мировыми проблемами, к сознанию своего мирового
исторического, а не «частного» только призвания.
Ему припомнились все жестокие
исторические женские
личности, жрицы кровавых культов, женщины революции, купавшиеся в крови, и все жестокое, что совершено женскими руками, с Юдифи до леди Макбет включительно. Он пошел и опять обернулся. Она смотрит неподвижно. Он остановился.