Там, за ними, начинается другой слой: с одной стороны, совсем сонные Обломовы, уже окончательно потерявшие даже обаяние красноречия, которым пленяли барышень
в былое время, с другой — деятельные Чичиковы, неусыпные, неустанные, героические в достижении своих узеньких и гаденьких интересцев.
Неточные совпадения
Разумеется, самые основания борьбы, то
есть идеи и стремления, — видоизменялись
в каждом произведении или, с течением
времени и обстоятельств, выказывались более определенно и резко.
За это их очень хвалили, и точно —
в свое
время они, видно, очень нужны
были, и дело их
было очень трудно, почтенно и благотворно.
Но
в последнее
время в нашем обществе обнаружились довольно заметно требования, совершенно отличные от тех, которыми вызван
был к жизни Рудин и вся его братия.
От гимназиста, от посредственного кадета, даже иногда от порядочного семинариста вы услышите ныне выражение таких убеждений, за которые
в прежнее
время должен
был спорить и горячиться, например, Белинский.
И
в то же
время размышления ее не
были холодны, с ними сливалась вся душа ее, потому что дело шло о людях слишком близких, слишком дорогих для нее, об отношениях, с которыми связаны
были самые святые чувства, самые живые интересы девочки.
По
временам ей очень тяжело; она сознает, что силы ее пропадают даром, что жизнь ее пуста; она говорит про себя: «Хоть бы
в служанки куда-нибудь пошла, право; мне
было бы легче».
При таком-то настроении ее сердца, летом, на даче
в Кунцове, застает ее действие повести.
В короткий промежуток
времени являются пред нею три человека, из которых один привлекает к себе всю ее душу. Тут
есть, впрочем, и четвертый, эпизодически введенный, но тоже не лишний господин, которого мы тоже
будем считать. Трое из этих господ — русские, четвертый — болгар, и
в нем-то нашла свой идеал Елена. Посмотрим на всех этих господ.
Почувствовала
было расположение к Шубину, как наше общество одно
время увлекалось художественностью; но
в Шубине не оказалось дельного содержания, одни блестки и капризы, а Елене не до того
было, чтобы, посреди ее исканий, любоваться игрушками.
И действительно, таких русских не бывает, не должно и не может
быть,
в настоящее
время по крайней мере.
В это
время выяснилась мне мысль, что ведь и старшие могут
быть неправы и делать нелепости и что уважать нужно собственно закон, как он
есть, а не как проявляется
в толкованиях того или другого лица.
Но мы все-таки думаем, что теперь
в нашем обществе
есть уже место великим идеям и сочувствиям и что недалеко
время, когда этим идеям можно
будет проявиться на деле.
В прошлом столетии, в восьмидесятых годах я встречался с людьми, помнившими рассказы этого старика масона,
в былые времена тоже члена Английского клуба, который много рассказывал о доме поэта М. М. Хераскова.
Здесь, как и в богатой Александровской слободке, мы находим высокий процент старожилов, женщин и грамотных, большое число женщин свободного состояния и почти ту же самую «историю прошлого», с тайною продажей спирта, кулачеством и т. п.; рассказывают, что
в былое время тут в устройстве хозяйств также играл заметную роль фаворитизм, когда начальство легко давало в долг и скот, и семена, и даже спирт, и тем легче, что корсаковцы будто бы всегда были политиканами и даже самых маленьких чиновников величали вашим превосходительством.
На следующий день (вчера было нельзя из-за праздника и позднего времени), проснувшись очень рано и вспомнив о том, что ему нужно ехать хлопотать о Любкином паспорте, он почувствовал себя так же скверно, как
в былое время, когда еще гимназистом шел на экзамен, зная, что наверное провалится.
Езда на"сдаточных"была много раз описана
в былое время. Она представляла собою род азартной игры. Все дело сводилось к тому: удастся ли вам доехать без истории, то есть без отказа ямщика, до последнего конца, доставят ли вас до места назначения без прибавки.
Неточные совпадения
Но там, где Мельпомены бурной // Протяжный раздается вой, // Где машет мантией мишурной // Она пред хладною толпой, // Где Талия тихонько дремлет // И плескам дружеским не внемлет, // Где Терпсихоре лишь одной // Дивится зритель молодой // (Что
было также
в прежни леты, // Во
время ваше и мое), // Не обратились на нее // Ни дам ревнивые лорнеты, // Ни трубки модных знатоков // Из лож и кресельных рядов.
Так точно думал мой Евгений. // Он
в первой юности своей //
Был жертвой бурных заблуждений // И необузданных страстей. // Привычкой жизни избалован, // Одним на
время очарован, // Разочарованный другим, // Желаньем медленно томим, // Томим и ветреным успехом, // Внимая
в шуме и
в тиши // Роптанье вечное души, // Зевоту подавляя смехом: // Вот как убил он восемь лет, // Утратя жизни лучший цвет.
Конечно, не один Евгений // Смятенье Тани видеть мог; // Но целью взоров и суждений //
В то
время жирный
был пирог // (К несчастию, пересоленный); // Да вот
в бутылке засмоленной, // Между жарким и блан-манже, // Цимлянское несут уже; // За ним строй рюмок узких, длинных, // Подобно талии твоей, // Зизи, кристалл души моей, // Предмет стихов моих невинных, // Любви приманчивый фиал, // Ты, от кого я пьян бывал!
Условий света свергнув бремя, // Как он, отстав от суеты, // С ним подружился я
в то
время. // Мне нравились его черты, // Мечтам невольная преданность, // Неподражательная странность // И резкий, охлажденный ум. // Я
был озлоблен, он угрюм; // Страстей игру мы знали оба; // Томила жизнь обоих нас; //
В обоих сердца жар угас; // Обоих ожидала злоба // Слепой Фортуны и людей // На самом утре наших дней.
Весь вечер Ленский
был рассеян, // То молчалив, то весел вновь; // Но тот, кто музою взлелеян, // Всегда таков: нахмуря бровь, // Садился он за клавикорды // И брал на них одни аккорды, // То, к Ольге взоры устремив, // Шептал: не правда ль? я счастлив. // Но поздно;
время ехать. Сжалось //
В нем сердце, полное тоской; // Прощаясь с девой молодой, // Оно как будто разрывалось. // Она глядит ему
в лицо. // «Что с вами?» — «Так». — И на крыльцо.