Неточные совпадения
Ваня между тем продолжал так же усердно трудиться. Он, казалось, весь отдался своей работе и,
не подымая
головы,
рубил справа и слева; изредка лишь останавливался он и как бы прислушивался к тому, что делалось на другой стороне кровли. Но Гришка работал так тихо, что его вовсе
не было слышно.
На кротком, невозмутимо тихом лице старичка проглядывало смущение. Он, очевидно, был чем-то сильно взволнован. Белая
голова его и руки тряслись более обыкновенного. Подойдя к соседу, который
рубил справа и слева, ничего
не замечая, он
не сказал даже «бог помочь!». Дедушка ограничился тем лишь, что назвал его по имени.
— Эх ты, Фалалей! Ах! — воскликнул Захар чуть
не во все горло. — Что ж это ты наделал? Сыми мою
голову,
не будь я Захар, коли найдем теперь хоша одну копейку!
Рублем прост буду, коли старуха, тем временем как сюда шел,
не забрала деньги!
Неточные совпадения
— Есть у меня, — сказал он, — друг-приятель, по прозванью вор-новото́р, уж если экая выжига князя
не сыщет, так судите вы меня судом милостивым,
рубите с плеч мою
голову бесталанную!
Чтоб утешить бедного Савельича, я дал ему слово впредь без его согласия
не располагать ни одною копейкою. Он мало-помалу успокоился, хотя все еще изредка ворчал про себя, качая
головою: «Сто
рублей! легко ли дело!»
— Нет, ей-богу, ты подумай, — лежит мужчина в постели с женой и упрекает ее, зачем она французской революцией
не интересуется! Там была какая-то мадам, которая интересовалась, так ей за это
голову отрубили, — хорошенькая карьера, а? Тогда такая парижская мода была —
головы рубить, а он все их сосчитал и рассказывает, рассказывает… Мне казалось, что он меня хочет запугать этой… головорубкой, как ее?
Он имеет своего какого-то дохода
рублей триста в год, и сверх того он служит в какой-то неважной должности и получает неважное жалованье: нужды
не терпит и денег ни у кого
не занимает, а занять у него и подавно в
голову никому
не приходит.
Глаза, как у лунатика, широко открыты,
не мигнут; они глядят куда-то и видят живую Софью, как она одна дома мечтает о нем, погруженная в задумчивость,
не замечает, где сидит, или идет без цели по комнате, останавливается, будто внезапно пораженная каким-то новым лучом мысли, подходит к окну, открывает портьеру и погружает любопытный взгляд в улицу, в живой поток
голов и лиц, зорко следит за общественным круговоротом,
не дичится этого шума,
не гнушается грубой толпы, как будто и она стала ее частью, будто понимает, куда так торопливо бежит какой-то господин, с боязнью опоздать; она уже, кажется, знает, что это чиновник, продающий за триста — четыреста
рублей в год две трети жизни, кровь, мозг, нервы.