Неточные совпадения
Казалось, что там, на краю моря, их бесконечно много и они всегда будут так равнодушно всползать на небо,
задавшись злой
целью не позволять ему никогда больше блестеть над сонным морем миллионами своих золотых очей — разноцветных звезд, живых и мечтательно сияющих, возбуждая высокие желания в людях, которым дорог их чистый блеск.
Несмотря на скрытность моего характера, я ни сознательно, ни бессознательно не
задавался целью скрывать себя в своей мысли и писать обратное тому, что я есть в своей глубине.
Лосский не видит дефектов в нашем познании, так как
задается целью строить пропедевтическую гносеологию и отрицает, чтобы дефекты лежали в самом механизме познания, в гносеологической природе восприятия.
Никто из них, некоторым образом, не догадался
задаться целью — ну хоть бы проследить внимательно один только день собаки или кошки.
Неточные совпадения
Русский человек не идет путями святости, никогда не
задается такими высокими
целями, но он поклоняется святым и святости, с ними связывает свою последнюю любовь, возлагается на святых, на их заступничество и предстательство, спасается тем, что русская земля имеет так много святынь.
Обыкновенный русский человек не должен
задаваться высокой
целью даже отдаленного приближения к этому идеалу святости.
Как искусный дипломат, он начал с самых слабых мест и сейчас же затушевал их
целым лесом цифровых данных; были тут
целые столбцы цифр, средние выводы за трехлетия и пятилетия, сравнительные итоги приходов и расходов, цифровые аналогии, сметы, соображения, проекты; цифры так и сыпались, точно Ляховский
задался специальной
целью наполнить ими всю комнату.
Когда наказание, помимо своих прямых
целей — мщения, устрашения или исправления,
задается еще другими, например колонизационными
целями, то оно по необходимости должно постоянно приспособляться к потребностям колонии и идти на уступки.
Задайся я каким-нибудь определенным планом, как например, насчет Рима (который мне долго решительно не давался), я бы уже успел написать что-нибудь вроде"Вечного города"после того, как я отправился в Рим осенью 1891 года с твердым намерением заново изучить его, для чего я, также заново, стал подготовлять себя к нему
целый год.