Неточные совпадения
— Вот! Что
тебе?
Ты новенький и богатый, — с богатых учитель-то не взыскивает… А
я — бедный объедон,
меня он не
любит, потому что
я озорничаю и никакого подарка не приносил ему… Кабы
я плохо учился — он бы давно уж выключил
меня.
Ты знаешь —
я отсюда в гимназию уйду… Кончу второй класс и уйду…
Меня уж тут один студент приготовляет… Там
я так буду учиться — только держись! А у вас лошадей сколько?
— Видал? В час вытекло восемь ведер… а сколько часов текло — шесть? Эх, сладко вы едите!.. Шесть, стало быть, надо помножить на восемь… А
ты любишь пироги с зеленым луком?
Я — страсть как! Ну вот, из первого крана в шесть часов вытекло сорок восемь… а всего налили в чан девяносто… дальше-то понимаешь?
—
Ты не больно транжирь деньги-то… смотри, как бы отец-то не рассердился!..
Я и так… и безо всего
люблю тебя…
— «Так как оно
мне от господа послано, то
я, ваше превосходительство, не ропщу…» Так бы сказал или что другое в этом духе… Губернаторы, братец
ты мой, смирение в человеке
любят.
—
Мне — ничего,
меня не убудет от того, что
тебя обгложут. А что ее Сонькой зовут — это всем известно… И что она
любит чужими руками жар загребать — тоже все знают.
— Да-а, — задумчиво протянула девушка, — значит,
ты ее
любишь…
Я бы тоже… если б
любила, то думала бы о нем… что он скажет?
— Просто — рано…
Я лгать не буду, прямо говорю —
люблю за деньги, за подарки… Можно и так
любить… да.
Ты подожди, —
я присмотрюсь к
тебе и, может, полюблю бесплатно… А пока — не обессудь…
мне, по моей жизни, много денег надо…
— Послушай, милая, добрая Бэла, — продолжал Печорин, — ты видишь, как
я тебя люблю; я все готов отдать, чтобы тебя развеселить: я хочу, чтоб ты была счастлива; а если ты снова будешь грустить, то я умру.
«Друг мой, — сказал бы я ей, —
я тебя люблю, но еще сверх того желаю, чтобы ты меня уважала, — вот!» Так ли, так ли я говорю?..
— У тебя молодые, крепкие силы, и ты любишь ясно, покойно, а я… но ты знаешь, как
я тебя люблю! — сказал он, сползая на пол и целуя ее руки.
Неточные совпадения
Блеснет заутра луч денницы // И заиграет яркий день; // А
я, быть может,
я гробницы // Сойду в таинственную сень, // И память юного поэта // Поглотит медленная Лета, // Забудет мир
меня; но
ты // Придешь ли, дева красоты, // Слезу пролить над ранней урной // И думать: он
меня любил, // Он
мне единой посвятил // Рассвет печальный жизни бурной!.. // Сердечный друг, желанный друг, // Приди, приди:
я твой супруг!..»
Уж восемь робертов сыграли // Герои виста; восемь раз // Они места переменяли; // И чай несут.
Люблю я час // Определять обедом, чаем // И ужином. Мы время знаем // В деревне без больших сует: // Желудок — верный наш брегет; // И кстати
я замечу в скобках, // Что речь веду в моих строфах //
Я столь же часто о пирах, // О разных кушаньях и пробках, // Как
ты, божественный Омир, //
Ты, тридцати веков кумир!
Когда ж и где, в какой пустыне, // Безумец, их забудешь
ты? // Ах, ножки, ножки! где вы ныне? // Где мнете вешние цветы? // Взлелеяны в восточной неге, // На северном, печальном снеге // Вы не оставили следов: //
Любили мягких вы ковров // Роскошное прикосновенье. // Давно ль для вас
я забывал // И жажду славы и похвал, // И край отцов, и заточенье? // Исчезло счастье юных лет, // Как на лугах ваш легкий след.
Конечно, вы не раз видали // Уездной барышни альбом, // Что все подружки измарали // С конца, с начала и кругом. // Сюда, назло правописанью, // Стихи без меры, по преданью, // В знак дружбы верной внесены, // Уменьшены, продолжены. // На первом листике встречаешь // Qu’écrirez-vous sur ces tablettes; // И подпись: t. á. v. Annette; // А на последнем прочитаешь: // «Кто
любит более
тебя, // Пусть пишет далее
меня».
Поцелуй
меня, душа, смерть
люблю тебя!