Неточные совпадения
Не прошло полугода со дня смерти
жены, как он уже посватался к дочери знакомого ему по делам уральского казака-старообрядца. Отец невесты, несмотря на то, что Игнат был и на Урале известен как «шалый» человек, выдал за него дочь. Ее звали Наталья. Высокая, стройная, с огромными голубыми глазами и длинной темно-русой косой, она была достойной парой красавцу Игнату; а он гордился своей
женой и любил ее любовью
здорового самца, но вскоре начал задумчиво и зорко присматриваться к ней.
Замечала я — мужчине
здоровому, для покоя своего, нужно не рано жениться… одной
жены ему мало будет, и пойдет он тогда по другим…
Недаром порывается // В Москву, в новорситет!» // А Влас его поглаживал: // «Дай Бог тебе и серебра, // И золотца, дай умную, //
Здоровую жену!» // — Не надо мне ни серебра, // Ни золота, а дай Господь, // Чтоб землякам моим // И каждому крестьянину // Жилось вольготно-весело // На всей святой Руси!
Неточные совпадения
Однако сделалось по-моему: на том же дворе, но в другом флигеле, жил очень бедный столяр, человек уже пожилой и пивший; но у
жены его, очень еще не старой и очень
здоровой бабы, только что помер грудной ребеночек и, главное, единственный, родившийся после восьми лет бесплодного брака, тоже девочка и, по странному счастью, тоже Ариночка.
Осталось одно неприятное и стыдное воспоминание о
жене лесника Егора, Марье, красивой,
здоровой бабенке, которая ему вскоре опротивела до смерти.
Рассказывали разные истории. Между прочим, говорили о том, что
жена старосты, Мавра, женщина
здоровая и неглупая, во всю свою жизнь нигде не была дальше своего родного села, никогда не видела ни города, ни железной дороги, а в последние десять лет все сидела за печью и только по ночам выходила на улицу.
Войдя в двери парадного крыльца, которые, как водится, были не заперты, наши гости увидали, что за длинным столом в зале завтракало все семейство хозяина, то есть его
жена, бывшая цыганка, сохранившая, несмотря на свои сорок пять лет,
здоровый и красивый вид, штуки четыре детей, из которых одни были черномазенькие и с курчавыми волосами, а другие более белокурые, и около них восседали их гувернантки — француженка с длинным носом и немка с скверным цветом лица.
Муж попрежнему не давал ей прохода, и так как не мог ходить по-здоровому, то подзывал
жену к себе и тыкал ее кулаком в зубы или просто швырял в нее палкой или камнем.