Недаром порывается
В Москву, в новорситет!»
А Влас его поглаживал:
«Дай Бог тебе и серебра,
И золотца, дай умную,
Здоровую жену!»
— Не надо мне ни серебра,
Ни золота, а дай Господь,
Чтоб землякам моим
И каждому крестьянину
Жилось вольготно-весело
На всей святой Руси!
Неточные совпадения
Однако сделалось по-моему: на том же дворе, но в другом флигеле, жил очень бедный столяр, человек уже пожилой и пивший; но у
жены его, очень еще не старой и очень
здоровой бабы, только что помер грудной ребеночек и, главное, единственный, родившийся после восьми лет бесплодного брака, тоже девочка и, по странному счастью, тоже Ариночка.
Осталось одно неприятное и стыдное воспоминание о
жене лесника Егора, Марье, красивой,
здоровой бабенке, которая ему вскоре опротивела до смерти.
Рассказывали разные истории. Между прочим, говорили о том, что
жена старосты, Мавра, женщина
здоровая и неглупая, во всю свою жизнь нигде не была дальше своего родного села, никогда не видела ни города, ни железной дороги, а в последние десять лет все сидела за печью и только по ночам выходила на улицу.
Войдя в двери парадного крыльца, которые, как водится, были не заперты, наши гости увидали, что за длинным столом в зале завтракало все семейство хозяина, то есть его
жена, бывшая цыганка, сохранившая, несмотря на свои сорок пять лет,
здоровый и красивый вид, штуки четыре детей, из которых одни были черномазенькие и с курчавыми волосами, а другие более белокурые, и около них восседали их гувернантки — француженка с длинным носом и немка с скверным цветом лица.
Муж попрежнему не давал ей прохода, и так как не мог ходить по-здоровому, то подзывал
жену к себе и тыкал ее кулаком в зубы или просто швырял в нее палкой или камнем.