— Любят они меня. Много я рассказываю им разного. Им это надо. Еще молодые все… И мне хорошо с ними. Смотрю и думаю: «Вот и я, было время, такая же была… Только тогда, в мое время, больше
было в человеке силы и огня, и оттого жилось веселее и лучше… Да!..»
Неточные совпадения
«Многие тысячи лет прошли с той поры, когда случилось это. Далеко за морем, на восход солнца,
есть страна большой реки,
в той стране каждый древесный лист и стебель травы дает столько тени, сколько нужно
человеку, чтобы укрыться
в ней от солнца, жестоко жаркого там.
«Вот какая щедрая земля
в той стране! «Там жило могучее племя
людей, они пасли стада и на охоту за зверями тратили свою силу и мужество, пировали после охоты,
пели песни и играли с девушками.
В его глазах
было столько тоски, что можно
было бы отравить ею всех
людей мира.
«Жили на земле
в старину одни
люди, непроходимые леса окружали с трех сторон таборы этих
людей, а с четвертой —
была степь.
Это
были все-таки сильные
люди, и могли бы они пойти биться насмерть с теми, что однажды победили их, но они не могли умереть
в боях, потому что у них
были заветы, и коли б умерли они, то пропали б с ними из жизни и заветы.
Но им стыдно
было сознаться
в бессилии, и вот они
в злобе и гневе обрушились на Данко,
человека, который шел впереди их.
«И вот вдруг лес расступился перед ним, расступился и остался сзади, плотный и немой, а Данко и все те
люди сразу окунулись
в море солнечного света и чистого воздуха, промытого дождем. Гроза
была — там, сзади них, над лесом, а тут сияло солнце, вздыхала степь, блестела трава
в брильянтах дождя и золотом сверкала река…
Был вечер, и от лучей заката река казалась красной, как та кровь, что била горячей струей из разорванной груди Данко.
Теперь, когда старуха кончила свою красивую сказку,
в степи стало страшно тихо, точно и она
была поражена силой смельчака Данко, который сжег для
людей свое сердце и умер, не прося у них ничего
в награду себе. Старуха дремала. Я смотрел на нее и думал...
— Била! Да что вы это! Господи, била! А хоть бы и била, так что ж! Ну так что ж? Вы ничего, ничего не знаете… Это такая несчастная, ах, какая несчастная! И больная… Она справедливости ищет… Она чистая. Она так верит, что во всем справедливость должна быть, и требует… И хоть мучайте ее, а она несправедливого не сделает. Она сама не замечает, как это все нельзя, чтобы справедливо
было в людях, и раздражается… Как ребенок, как ребенок! Она справедливая, справедливая!
Меоническая свобода, которая
была в человеке от ничто, от небытия, была до времени закрыта в первоначальном акте миротворения, но не могла быть уничтожена.
Неточные совпадения
Блажен, кто смолоду
был молод, // Блажен, кто вовремя созрел, // Кто постепенно жизни холод // С летами вытерпеть умел; // Кто странным снам не предавался, // Кто черни светской не чуждался, // Кто
в двадцать лет
был франт иль хват, // А
в тридцать выгодно женат; // Кто
в пятьдесят освободился // От частных и других долгов, // Кто славы, денег и чинов // Спокойно
в очередь добился, // О ком твердили целый век: // N. N. прекрасный
человек.
Условий света свергнув бремя, // Как он, отстав от суеты, // С ним подружился я
в то время. // Мне нравились его черты, // Мечтам невольная преданность, // Неподражательная странность // И резкий, охлажденный ум. // Я
был озлоблен, он угрюм; // Страстей игру мы знали оба; // Томила жизнь обоих нас; //
В обоих сердца жар угас; // Обоих ожидала злоба // Слепой Фортуны и
людей // На самом утре наших дней.
Быть можно дельным
человеком // И думать о красе ногтей: // К чему бесплодно спорить с веком? // Обычай деспот меж
людей. // Второй Чадаев, мой Евгений, // Боясь ревнивых осуждений, //
В своей одежде
был педант // И то, что мы назвали франт. // Он три часа по крайней мере // Пред зеркалами проводил // И из уборной выходил // Подобный ветреной Венере, // Когда, надев мужской наряд, // Богиня едет
в маскарад.
Вы согласитесь, мой читатель, // Что очень мило поступил // С печальной Таней наш приятель; // Не
в первый раз он тут явил // Души прямое благородство, // Хотя
людей недоброхотство //
В нем не щадило ничего: // Враги его, друзья его // (Что, может
быть, одно и то же) // Его честили так и сяк. // Врагов имеет
в мире всяк, // Но от друзей спаси нас, Боже! // Уж эти мне друзья, друзья! // Об них недаром вспомнил я.
И вы, красотки молодые, // Которых позднею порой // Уносят дрожки удалые // По петербургской мостовой, // И вас покинул мой Евгений. // Отступник бурных наслаждений, // Онегин дома заперся, // Зевая, за перо взялся, // Хотел писать — но труд упорный // Ему
был тошен; ничего // Не вышло из пера его, // И не попал он
в цех задорный //
Людей, о коих не сужу, // Затем, что к ним принадлежу.