Неточные совпадения
Порою, при огне, вода становилась красной, и
отец мой говорил мне: «Ранили мы землю, потопит, сожжет она
всех нас своего кровью, завидишь!» Конечно, это фантазия, но когда такие слова слышишь глубоко в земле, среди душной тьмы, плачевного хлюпанья воды и скрежета железа о
камень, — забываешь о фантазиях.
Неточные совпадения
Все молча остановились у большого
камня. Алеша посмотрел, и целая картина того, что Снегирев рассказывал когда-то об Илюшечке, как тот, плача и обнимая
отца, восклицал: «Папочка, папочка, как он унизил тебя!» — разом представилась его воспоминанию. Что-то как бы сотряслось в его душе. Он с серьезным и важным видом обвел глазами
все эти милые, светлые лица школьников, Илюшиных товарищей, и вдруг сказал им:
Месяца через три
отец мой узнает, что ломка
камня производится в огромном размере, что озимые поля крестьян завалены мрамором; он протестует, его не слушают. Начинается упорный процесс. Сначала хотели
все свалить на Витберга, но, по несчастию, оказалось, что он не давал никакого приказа и что
все это было сделано комиссией во время его отсутствия.
Припадем коленами на мать сыру землю, // Пролием мы слезы, как быстрые реки, // Воздохнем в печали к создателю света: // «Боже ты наш, Боже, Боже
отец наших, // Услыши ты, Боже, сию ти молитву, // Сию ти молитву, как блудного сына, // Приклони ты ухо к сердечному стону, // Прими ты к престолу текущие слезы, // Пожалей, создатель, бедное созданье, // Предели нас, Боже, к избранному стаду, // Запиши, родитель, в животную книгу, // Огради нас, бедных, своею оградой, // Приди в наши души с небесной отрадой, //
Всех поставь нас, Боже, // Здесь на крепком
камне, // Чтоб мы были крепки во время печали;
Путаются у Алексея мысли, ровно в огневице лежит… И Настина внезапная смерть, и предсмертные мольбы ее о своем погубителе, и милости оскорбленного Патапа Максимыча, и коварство лукавой Марьи Гавриловны, что не хотела ему про место сказать, и поверивший обманным речам
отец, и темная неизвестность будущего —
все это вереницей одно за другим проносится в распаленной голове Алексея и нестерпимыми муками, как тяжелыми
камнями, гнетет встревоженную душу его…
Могила
отца была обнесена решеткой и заросла травой. Над ней стоял деревянный крест, и краткая надпись передавала кратчайшее содержание жизни: родился тогда-то, был судьей, умер тогда-то… На
камень не было денег у осиротевшей семьи. Пока мы были в городе, мать и сестра каждую весну приносили на могилу венки из цветов. Потом нас
всех разнесло по широкому свету. Могила стояла одинокая, и теперь, наверное, от нее не осталось следа…