Неточные совпадения
С тоски начал учиться играть на скрипке, пилил по ночам в магазине, смущая ночного сторожа и мышей. Музыку я любил и стал заниматься ею с
великим увлечением, но мой
учитель, скрипач театрального оркестра, во время урока, — когда я вышел из магазина, — открыл не запертый мною ящик кассы, и, возвратясь, я застал его набивающим карманы свои деньгами. Увидав меня в дверях, он вытянул шею, подставил скучное бритое лицо и тихо сказал...
— Могут и не хотеть! Подумайте, — люди с
великим трудом наладили для себя какую-то жизнь, привыкли к ней, а кто-то один — бунтует: не так живете! Не так? Да мы же лучшие силы наши вложили в эту жизнь, дьявол тебя возьми! И — бац его,
учителя, праведника. Не мешай! А все же таки живая правда с теми, которые говорят: не так живете! С ними правда. И это они двигают жизнь к лучшему.
Церковь не есть только «община последователей», какую оставляли после себя
великие учители и пророки, но некое Существо, живой организм, Тело Христово.
Это, конечно, совсем не значит, что я не хотел учиться у других, у всех
великих учителей мысли, и что не подвергался никаким влияниям, никому ни в чем не был обязан.
Он не задавался мечтами о широкой деятельности, не требовал себе обширного горизонта; он говорил, что можно и достаточно быть полезным в маленьком кругу, что принесение пользы надо соразмерять с силами и возможностью человека, он указывал на лепту вдовицы, поставленную
Великим Учителем выше богатых приношений.
Неточные совпадения
— Это герои
Великой Французской революции, а этот господин — граф Мирабо, — объяснил
учитель и, усмехаясь, осведомился: — В ненужных вещах нашел, говоришь?
Отцы и
учители, берегите веру народа, и не мечта сие: поражало меня всю жизнь в
великом народе нашем его достоинство благолепное и истинное, сам видел, сам свидетельствовать могу, видел и удивлялся, видел, несмотря даже на смрад грехов и нищий вид народа нашего.
Но вот в одно воскресенье, после обеда, в комнате бабушки собираются все
учители, два профессора и в присутствии папа и некоторых гостей делают репетицию университетского экзамена, в котором Володя, к
великой радости бабушки, выказывает необыкновенные познания.
Зиновий Алексеич рассуждал, что растит дочерей не для кельи и не ради манатьи́; и, к
великому огорченью матушек, к немалому соблазну кумушек, нанял бедного старичка, отставного
учителя, обучать Лизу с Наташей читать и писать по-граждански и разным наукам, какие были пригодны им.
А то, чего он не мог мне дать как преподаватель, то доделал другой француз — А.-И. де Венси (de Vincy), тоже обломок
великой эпохи, но с прекрасным образованием, бывший артиллерийский офицер времен Реставрации, воспитанник политехнической школы, застрявший в русской провинции, где сделался
учителем и умер, нажив три дома.