Неточные совпадения
В комнате непрерывно звучали два голоса, обнимаясь и борясь друг с другом в возбужденной игре. Шагал Павел, скрипел пол под его ногами. Когда он говорил, все
звуки тонули в его речи, а когда спокойно и медленно лился тяжелый голос Рыбина, — был слышен стук маятника и тихий треск мороза, щупавшего стены
дома острыми когтями.
Медленно прошел день, бессонная ночь и еще более медленно другой день. Она ждала кого-то, но никто не являлся. Наступил вечер. И — ночь. Вздыхал и шаркал по стене холодный дождь, в трубе гудело, под полом возилось что-то. С крыши капала вода, и унылый
звук ее падения странно сливался со стуком часов. Казалось, весь
дом тихо качается, и все вокруг было ненужным, омертвело в тоске…
И народ бежал встречу красному знамени, он что-то кричал, сливался с толпой и шел с нею обратно, и крики его гасли в
звуках песни — той песни, которую
дома пели тише других, — на улице она текла ровно, прямо, со страшной силой. В ней звучало железное мужество, и, призывая людей в далекую дорогу к будущему, она честно говорила о тяжестях пути. В ее большом спокойном пламени плавился темный шлак пережитого, тяжелый ком привычных чувств и сгорала в пепел проклятая боязнь нового…
Княжна Марья сидела одна в своей комнате, прислушиваясь к
звукам дома, изредка отворяя дверь, когда проходили мимо, и приглядываясь к тому, что̀ происходило в коридоре.
Неточные совпадения
Машкин Верх скосили, доделали последние ряды, надели кафтаны и весело пошли к
дому. Левин сел на лошадь и, с сожалением простившись с мужиками, поехал домой. С горы он оглянулся; их не видно было в поднимавшемся из низу тумане; были слышны только веселые грубые голоса, хохот и
звук сталкивающихся кос.
Точно такой же
звук раздался в пробужденных покоях дремавшего
дома, и немедленно вослед за ним воспоследовало благоуханье одеколона, невидимо распространенное ловким встряхнутьем носового батистового платка.
Искал, искал я этот Харламов
дом, — а ведь вышло потом, что он вовсе и не Харламов
дом, а Буха, — как иногда в звуках-то сбиваешься!
Медлительные
звуки виолончели долетели до них из
дому в это самое мгновение. Кто-то играл с чувством, хотя и неопытною рукою «Ожидание» Шуберта, и медом разливалась по воздуху сладостная мелодия.
Но в проулке было отвратительно тихо, только ветер шаркал по земле, по железу крыш, и этот шаркающий
звук хорошо объяснял пустынность переулка, — людей замело в
дома.