Неточные совпадения
Дудка шагал не быстро, но широко, на ходу его
тело качалось, наклоняясь вперёд, и голова тоже кланялась, точно у журавля. Он
согнулся, положил руки за спину, полы его пиджака разошлись и болтались по бокам, точно сломанные крылья.
Почти до рассвета он сидел у окна; ему казалось, что его
тело морщится и стягивается внутрь, точно резиновый мяч, из которого выходит воздух. Внутри неотвязно сосала сердце тоска, извне давила тьма, полная каких-то подстерегающих лиц, и среди них, точно красный шар, стояло зловещее лицо Саши. Климков сжимался,
гнулся. Наконец осторожно встал, подошёл к постели и бесшумно спрятался под одеяло.
Бурмистров был сильно избалован вниманием слобожан, но требовал всё большего и, неудовлетворенный, странно и дико капризничал: разрывал на себе одежду, ходил по слободе полуголый, валялся в пыли и грязи, бросал в колодцы живых кошек и собак, бил мужчин, обижал баб, орал похабные песни, зловеще свистел, и его стройное
тело сгибалось под невидимою людям тяжестью.
Неточные совпадения
Ему и в голову не приходило подумать, чтобы разобрать все подробности состояния больного, подумать о том, как лежало там, под одеялом, это
тело, как,
сгибаясь, уложены были эти исхудалые голени, кострецы, спина и нельзя ли как-нибудь лучше уложить их, сделать что-нибудь, чтобы было хоть не лучше, но менее дурно.
Когда он опустился на скамью, то прямой стан его
согнулся, как будто у него в спине не было ни одной косточки; положение всего его
тела изобразило какую-то нервическую слабость; он сидел, как сидит Бальзакова тридцатилетняя кокетка на своих пуховых креслах после утомительного бала.
Он был такого большого роста, что для того, чтобы пройти в дверь, ему не только нужно было нагнуть голову, но и
согнуться всем
телом.
Ее толкали в шею, спину, били по плечам, по голове, все закружилось, завертелось темным вихрем в криках, вое, свисте, что-то густое, оглушающее лезло в уши, набивалось в горло, душило, пол проваливался под ее ногами, колебался, ноги
гнулись,
тело вздрагивало в ожогах боли, отяжелело и качалось, бессильное. Но глаза ее не угасали и видели много других глаз — они горели знакомым ей смелым, острым огнем, — родным ее сердцу огнем.
На улице морозный воздух сухо и крепко обнял
тело, проник в горло, защекотал в носу и на секунду сжал дыхание в груди. Остановясь, мать оглянулась: близко от нее на углу стоял извозчик в мохнатой шапке, далеко — шел какой-то человек,
согнувшись, втягивая голову в плечи, а впереди него вприпрыжку бежал солдат, потирая уши.