Кожемякин
прислушивался к себе, напряжённо ожидая — не явятся ли какие-нибудь мысли и слова, удобные для этой женщины, недавно ещё приятной ему, возбуждавшей хорошую заботу о ней, думы о её судьбе. И снова чувствовал — почти видел — что в нём тихо, пусто.
Неточные совпадения
«Отец помирает!» — напомнил
себе юноша, но,
прислушавшись к своим чувствам, не нашёл в них ничего яснее желания быть около Палаги.
Заметя, что хозяйка внимательно
прислушивается к его словам, он почувствовал
себя так же просто и свободно, как в добрые часу наедине с Евгенией, когда забывал, что она женщина. Сидели в тени двух огромных лип, их густые ветви покрывали зелёным навесом почти весь небольшой сад, и закопчённое дымом небо было не видно сквозь полог листвы.
Ему казалось, что он вылезает на свет из тяжёлого облака, шубой одевавшего и тело и душу.
Прислушиваясь к бунту внутри
себя, он твёрдо взошёл по лестнице трактира и, пройдя через пёстрый зал на балкон, сел за стол, широко распахнув полы сюртука.
Она немножко развлекла его, но, как только скрылась за дверью, Самгин забыл о ней,
прислушиваясь к себе и ощущая нарастание неясной тревоги.
По небу, бледно-голубому, быстро плыла белая и розовая стая легких облаков, точно большие птицы летели, испуганные гулким ревом пара. Мать смотрела на облака и
прислушивалась к себе. Голова у нее была тяжелая, и глаза, воспаленные бессонной ночью, сухи. Странное спокойствие было в груди, сердце билось ровно, и думалось о простых вещах…
Он вспомнил весь вчерашний день,
прислушался к себе и почувствовал, что знает, как надо ему держаться.
«Типичный декадент, — говорит Ницше, — умеет заставить смотреть на свою испорченность как на закон, как на прогресс, как на завершение». Отличие Ницше от других декадентов заключается именно в том, что он ни под каким видом не согласен принять своей «испорченности», совершенно не доверяет ее внушениям и все время чутко
прислушивается к себе, все время следит за собою, — как бы не попыталась в нем творить жизненные ценности его «испорченность».
Неточные совпадения
Левин перестал уже думать и только как бы
прислушивался к таинственным голосам, о чем-то радостно и озабоченно переговаривавшимся между
собой.
Упоминание Агафьи Михайловны о том самом, о чем он только что думал, огорчило и оскорбило его. Левин нахмурился и, не отвечая ей, сел опять за свою работу, повторив
себе всё то, что он думал о значении этой работы. Изредка только он
прислушивался в тишине
к звуку спиц Агафьи Михайловны и, вспоминая то, о чем он не хотел вспоминать, опять морщился.
Она теперь ясно сознавала зарождение в
себе нового чувства любви
к будущему, отчасти для нее уже настоящему ребенку и с наслаждением
прислушивалась к этому чувству. Он теперь уже не был вполне частью ее, а иногда жил и своею независимою от нее жизнью. Часто ей бывало больно от этого, но вместе с тем хотелось смеяться от странной новой радости.
Я, как матрос, рожденный и выросший на палубе разбойничьего брига: его душа сжилась с бурями и битвами, и, выброшенный на берег, он скучает и томится, как ни мани его тенистая роща, как ни свети ему мирное солнце; он ходит
себе целый день по прибрежному песку,
прислушивается к однообразному ропоту набегающих волн и всматривается в туманную даль: не мелькнет ли там на бледной черте, отделяющей синюю пучину от серых тучек, желанный парус, сначала подобный крылу морской чайки, но мало-помалу отделяющийся от пены валунов и ровным бегом приближающийся
к пустынной пристани…
Наконец он остановился, будто
прислушиваясь к чему-то, присел на землю и положил возле
себя узел.