— Очень даже касаются и — кусаются! Человек я, а — не скот! Характер у меня живой, глаз — весьма зоркий. Хочется прожить без осуждения людьми, с пользой для них,
не зря, хочется уважения к себе и внимания. Что же-с — и святые внимания к себе требовали, вниманием нашим они и святы-с, да…
Неточные совпадения
—
Не по возрасту тебе эти рассказы,
зря это я! Кабы ты старше был…
— Какие уж порядки да обряды — цветок-от в курнике воткнут был совсем
зря: всем ведомо, что невеста-то
не девушка! Сорван уж давно цветочек-от!
— Эк тебя! — сказал солдат, усмехаясь. — И верно, что всякая сосна своему бору шумит. Я Савелья уважаю, ничего! Он людей
зря не обижает, этого нет за ним. Работу ценит.
А были — которые хозяевами считали себя исконными, века вековать на земле надеялись, добро делать старались, только —
не к месту: на болоте сеять —
зря руками махать!
Понимаю, что
зря, а
не могу удержаться, взглянешь на него и так, ни за что ни про что облаешь.
— Об этом тебе бы подумать: он ничего
зря не говорит, а всё с намерением, великого подвига человек, тоже купеческий сын…
Избитые мальчишки смеялись друг над другом и тоже дрались; в них
не заметно было жалости к животным; осенью, во время перелёта, они ловили множество певчих птиц и
зря мучили их в тесных, грязных клетках; весною ставили пичужкам силки из конского волоса; попадая в тонкую, крепкую петлю, птица билась, ломала себе ноги и часто умирала, истерзанная.
— Чего
зря лаете? Али
не слышите по звону-то — государь Александра Миколаич душу богу отдал? Сымай шапки!
«
Зря она это говорила — научили её, а сама-то и
не верила, что может замуж за меня выйти!» — думал он, медленно шагая вдаль от города.
— Нет.
Зря человека
не буду обижать, — всегда бы на её месте ты была — разве хорошо?
А Максим почернел, глядит на Ефима волком и молчит. Накануне того как пропасть, был Вася у неизвестной мне швеи Горюшиной, Ефим прибежал к ней, изругал её, затолкал и, говорят,
зря всё: Максим её знает, женщина хотя и молодая, а скромная и думать про себя дурно
не позволяет, хоть принимала и Васю и Максима. Но при этом у неё в гостях попадья бывает, а к распутной женщине попадья
не пошла бы.
Это
зря говорится: я —
не мужик, а — рыбак, я —
не мещанин, а торговец, это — разъединяет, а жить надобно — соединительно, рядами!
«Умру — расхватают всё
зря! Духовную надо мне составить на город — кому кроме? А составив духовную, подумаю и об этом. Ловок он, добьётся своего! Надо с ним осторожно,
не то — ограбит. Хотя — всё едино, кто ограбит. А этот, пожалуй, всё сделает, как сказывал…»
— Ну — прости! Это я
зря, прости! Эх ты, овца недорезанная, бедная ты моя, жалко мне тебя как —
не поверишь! Это значит — торговал он тобою, как настоящий мясник, а? Что ж ты мне
не сказала прямо, сразу, а?
«Тем жизнь хороша, что всегда около нас зреет-цветёт юное, доброе сердце, и, ежели хоть немного откроется оно пред тобой, — увидишь ты в нём улыбку тебе. И тем людям, что устали, осердились на всё, —
не забывать бы им про это милое сердце, а — найти его около себя и сказать ему честно всё, что потерпел человек от жизни, пусть знает юность, отчего человеку больно и какие пути ложны. И если знание старцев соединится дружественно с доверчивой, чистой силой юности — непрерывен будет тогда рост добра на земле».
Видит теперь все ясно текущее поколение, дивится заблужденьям, смеется над неразумием своих предков,
не зря, что небесным огнем исчерчена сия летопись, что кричит в ней каждая буква, что отвсюду устремлен пронзительный перст на него же, на него, на текущее поколение; но смеется текущее поколение и самонадеянно, гордо начинает ряд новых заблуждений, над которыми также потом посмеются потомки.
С ним случилось то же, что и с Голенищевым, чувствующим, что ему нечего сказать, и постоянно обманывающим себя тем, что мысль
не созрела, что он вынашивает ее и готовит материалы.
Неточные совпадения
Он весел был. Чрез две недели // Назначен был счастливый срок. // И тайна брачныя постели // И сладостной любви венок // Его восторгов ожидали. // Гимена хлопоты, печали, // Зевоты хладная чреда // Ему
не снились никогда. // Меж тем как мы, враги Гимена, // В домашней жизни
зрим один // Ряд утомительных картин, // Роман во вкусе Лафонтена… // Мой бедный Ленский, сердцем он // Для оной жизни был рожден.
Мои богини! что вы? где вы? // Внемлите мой печальный глас: // Всё те же ль вы? другие ль девы, // Сменив,
не заменили вас? // Услышу ль вновь я ваши хоры? //
Узрю ли русской Терпсихоры // Душой исполненный полет? // Иль взор унылый
не найдет // Знакомых лиц на сцене скучной, // И, устремив на чуждый свет // Разочарованный лорнет, // Веселья зритель равнодушный, // Безмолвно буду я зевать // И о былом воспоминать?
Блажен, кто смолоду был молод, // Блажен, кто вовремя
созрел, // Кто постепенно жизни холод // С летами вытерпеть умел; // Кто странным снам
не предавался, // Кто черни светской
не чуждался, // Кто в двадцать лет был франт иль хват, // А в тридцать выгодно женат; // Кто в пятьдесят освободился // От частных и других долгов, // Кто славы, денег и чинов // Спокойно в очередь добился, // О ком твердили целый век: // N. N. прекрасный человек.
Бивал он ее под конец; а она хоть и
не спускала ему, о чем мне доподлинно и по документам известно, но до сих пор вспоминает его со слезами и меня им корит, и я рад, я рад, ибо хотя в воображениях своих
зрит себя когда-то счастливой…
Звонить
зря было нечего, да ему и
не к фигуре.