Фершал кричит: «Зачем вы с людьми, которые
ищут веры, ведь вам, несчастный, неверие сладостно?» Действительно — горбатый играет самыми страшными словами, как чёрт раскалённым угольем, и видно, что это приятно и сладостно ему.
— Он, как Толстой,
ищет веры, а не истины. Свободно мыслить о истине можно лишь тогда, когда мир опустошен: убери из него все — все вещи, явления и все твои желания, кроме одного: познать мысль в ее сущности. Они оба мыслят о человеке, о боге, добре и зле, а это — лишь точки отправления на поиски вечной, все решающей истины…
«Ах, зачем мне мало этого счастья — зачем я не бабушка, не Викентьев, не Марфенька, зачем я — Вера в своем роде?» — думал он и боязливо
искал Веру глазами.
Маша. Мне кажется, человек должен быть верующим пли должен
искать веры, иначе жизнь его пуста, пуста… Жить и не знать, для чего журавли летят, для чего дети родятся, для чего звезды на небе… Или знать, для чего живешь, или же все пустяки, трын-трава.
— Вот, — сказал он, ткнув пальцем в одно место, и затем прочитал: — «Наш век страстно
ищет веры». Это верно, — подтвердил он с какой-то наивной авторитетностью, махнув головой.
Неточные совпадения
Она
искала, отчего происходит эта неполнота, неудовлетворенность счастья? Чего недостает ей? Что еще нужно? Ведь это судьба — назначение любить Обломова? Любовь эта оправдывается его кротостью, чистой
верой в добро, а пуще всего нежностью, нежностью, какой она не видала никогда в глазах мужчины.
— Повторяю:
веры ищут и утешения, а не истины! А я требую: очисти себя не только от всех верований, но и от самого желания веровать!
Испорченные недавними вакханалиями политеизма и пресыщенные пряностями цивилизации, они не довольствовались просто
верою, но
искали каких-то"восхищений".
Человечество должно бесстрашно, с полной
верой в неистребимость своего духа проходить через материальное развитие, через машину и технику и перестать
искать спасения исключительно в прошлом.
— Какой протест? — досадливо морщась, проговорил Крыльцов. Очевидно, непростота, искусственность тона и нервность
Веры Ефремовны уже давно раздражали его. — Вы Катю
ищете? — обратился он к Нехлюдову. — Она всё работает, чистит. Эту вычистила, нашу — мужскую; теперь женскую. Только блох уж не вычистить, едят поедом. А Маша что там делает? — спросил он, указывая головой на угол, в котором была Марья Павловна.