Неточные совпадения
Клим искоса взглянул на
мать, сидевшую у окна; хотелось спросить: почему не подают завтрак? Но
мать смотрела в окно. Тогда, опасаясь сконфузиться, он сообщил дяде, что во флигеле живет писатель, который может рассказать о толстовцах и обо всем
лучше, чем он, он же так занят науками, что…
— Прежде всего необходим
хороший плуг, а затем уже — парламент. Дерзкие словечки дешево стоят. Надо говорить словами, которые, укрощая инстинкты, будили бы разум, — покрикивал он, все более почему-то раздражаясь и багровея.
Мать озабоченно молчала, а Клим невольно сравнил ее молчание с испугом жены писателя. Во внезапном раздражении Варавки тоже было что-то общее с возбужденным тоном Катина.
Затем он вспомнил, что в кармане его лежит письмо
матери, полученное днем; немногословное письмо это, написанное с алгебраической точностью, сообщает, что культурные люди обязаны работать, что она хочет открыть в городе музыкальную школу, а Варавка намерен издавать газету и пройти в городские головы. Лидия будет дочерью городского головы. Возможно, что, со временем, он расскажет ей роман с Нехаевой; об этом
лучше всего рассказать в комическом тоне.
— Ваша
мать приятный человек. Она знает музыку. Далеко ли тут кладбище? Я люблю все элегическое. У нас
лучше всего кладбища. Все, что около смерти, у нас — отлично.
Она ничуть не считается с тем, что у меня в школе учатся девицы
хороших семейств, — заговорила
мать тоном человека, у которого начинают болеть зубы.
— Мамаша… — тоном укоризны, почти со слезами на глазах произнес Николай Герасимович. — Разве можно так смотреть на вещи… Я не хочу, чтобы она оставалась в балете… Я хочу сделать из нее порядочную женщину, верную жену,
хорошую мать…
— Ну, а я говорю, что она не будет ни хорошей женой, ни
хорошей матерью; мне это сердце мое сказало, да и я знаю, что Подозеров сам не станет по-твоему рассуждать. Я видела, как он смотрел на нее, когда был у тебя в последний раз пред дуэлью.
Неточные совпадения
— Настасья Петровна?
хорошее имя Настасья Петровна. У меня тетка родная, сестра моей
матери, Настасья Петровна.
Ему бы следовало пойти в бабку с матерней стороны, что было бы и
лучше, а он родился просто, как говорит пословица: ни в
мать, ни в отца, а в проезжего молодца».
Означено было также обстоятельно, кто отец, и кто
мать, и какого оба были поведения; у одного только какого-то Федотова было написано: «отец неизвестно кто, а родился от дворовой девки Капитолины, но
хорошего нрава и не вор».
Дуня увидела наконец, что трудно лгать и выдумывать, и пришла к окончательному заключению, что
лучше уж совершенно молчать об известных пунктах; но все более и более становилось ясно до очевидности, что бедная
мать подозревает что-то ужасное.
— Дунечка, ты тоже вспыльчива, перестань, завтра… Разве ты не видишь… — перепугалась
мать, бросаясь к Дуне. — Ах, уйдемте уж
лучше!