Неточные совпадения
«Мама хочет переменить мужа, только ей еще стыдно», — догадался он, глядя, как на красных углях вспыхивают и гаснут голубые, прозрачные огоньки. Он слышал, что жены мужей и мужья жен меняют довольно часто, Варавка издавна нравился ему больше, чем отец, но было неловко и грустно узнать, что мама, такая серьезная, важная мама, которую все уважали и боялись, говорит неправду и так неумело говорит.
Ощутив потребность утешить
себя, он повторил...
Похолодев от испуга, Клим стоял на лестнице, у него щекотало в горле, слезы выкатывались из глаз, ему захотелось убежать в сад, на двор, спрятаться; он подошел к двери крыльца, — ветер кропил дверь осенним дождем. Он постучал в дверь кулаком, поцарапал ее ногтем,
ощущая, что в груди что-то сломилось, исчезло, опустошив его. Когда, пересилив
себя, он вошел в столовую, там уже танцевали кадриль, он отказался танцевать, подставил к роялю стул и стал играть кадриль в четыре руки с Таней.
Прислушиваясь к
себе, Клим
ощущал в груди, в голове тихую, ноющую скуку, почти боль; это было новое для него ощущение. Он сидел рядом с матерью, лениво ел арбуз и недоумевал: почему все философствуют? Ему казалось, что за последнее время философствовать стали больше и торопливее. Он был обрадован весною, когда под предлогом ремонта флигеля писателя Катина попросили освободить квартиру. Теперь, проходя по двору, он с удовольствием смотрел на закрытые ставнями окна флигеля.
Белый пепел падал на лицо и быстро таял, освежая кожу, Клим сердито сдувал капельки воды с верхней губы и носа,
ощущая, что несет в
себе угнетающую тяжесть, жуткое сновидение, которое не забудется никогда.
Но, думая так, он в то же время
ощущал гордость
собою: из всех знакомых ей мужчин она выбрала именно его. Эту гордость еще более усиливали ее любопытствующие ласки и горячие, наивные до бесстыдства слова.
Клим
ощущал в
себе игру веселенького снисхождения ко всем, щекочущее желание похлопать по плечу Кутузова, который с одинаковым упрямством доказывал необходимость изучения Маркса и гениальность Мусоргского; наваливаясь на немого, тихого Спивака, всегда сидевшего у рояля, он говорил...
Не поднимая головы, Клим посмотрел вслед им. На ногах Дронова старенькие сапоги с кривыми каблуками, на голове — зимняя шапка, а Томилин — в длинном, до пят, черном пальто, в шляпе с широкими полями. Клим усмехнулся, найдя, что костюм этот очень характерно подчеркивает странную фигуру провинциального мудреца. Чувствуя
себя достаточно насыщенным его философией, он не
ощутил желания посетить Томилина и с неудовольствием подумал о неизбежной встрече с Дроновым.
Пытаясь понять, что влечет его к этой девушке, он не
ощущал в
себе не только влюбленности, но даже физиологического любопытства, разбуженного деловитыми ласками Маргариты и жадностью Нехаевой.
Клим согласно кивнул головой. Когда он не мог сразу составить
себе мнения о человеке, он чувствовал этого человека опасным для
себя. Таких, опасных, людей становилось все больше, и среди них Лидия стояла ближе всех к нему. Эту близость он сейчас
ощутил особенно ясно, и вдруг ему захотелось сказать ей о
себе все, не утаив ни одной мысли, сказать еще раз, что он ее любит, но не понимает и чего-то боится в ней. Встревоженный этим желанием, он встал и простился с нею.
В такие часы Самгин
ощущал, что его наполняет и раздувает ветер унылой злости на всех людей и даже — немного — на
себя самого.
Но он молчал, обняв ее талию, крепко прижавшись к ее груди, и, уже
ощущая смутную тревогу, спрашивал
себя...
Возвратясь в столовую, Клим уныло подошел к окну. В красноватом небе летала стая галок. На улице — пусто. Пробежал студент с винтовкой в руке. Кошка вылезла из подворотни. Белая с черным. Самгин сел к столу, налил стакан чаю. Где-то внутри
себя, очень глубоко, он
ощущал как бы опухоль: не болезненная, но тяжелая, она росла. Вскрывать ее словами — не хотелось.
Она немножко развлекла его, но, как только скрылась за дверью, Самгин забыл о ней, прислушиваясь к
себе и
ощущая нарастание неясной тревоги.
Это было давно знакомо ему и могло бы многое напомнить, но он отмахнулся от воспоминаний и молчал, ожидая, когда Марина обнаружит конечный смысл своих речей. Ровный, сочный ее голос вызывал у него состояние, подобное легкой дремоте, которая предвещает крепкий сон, приятное сновидение, но изредка он все-таки
ощущал толчки недоверия. И странно было, что она как будто спешит рассказать
себя.
Самгин сочувственно улыбнулся, не находя, что сказать, и через несколько минут, прощаясь с нею,
ощутил желание поцеловать ей руку, чего никогда не делал. Он не мог
себе представить, что эта женщина, равнодушная к действительности, способна ненавидеть что-то.
Самгин прежде всего
ощутил многократно испытанное недовольство
собою: было очень неприятно признать, что Дронов стал интереснее, острее, приобрел уменье сгущать мысли.
Неточные совпадения
Он, может быть, и задавал
себе этот вопрос четверть часа назад, но теперь проговорил в полном бессилии, едва
себя сознавая и
ощущая беспрерывную дрожь во всем своем теле.
Раскольников взял газету и мельком взглянул на свою статью. Как ни противоречило это его положению и состоянию, но он
ощутил то странное и язвительно-сладкое чувство, какое испытывает автор, в первый раз видящий
себя напечатанным, к тому же и двадцать три года сказались. Это продолжалось одно мгновение. Прочитав несколько строк, он нахмурился, и страшная тоска сжала его сердце. Вся его душевная борьба последних месяцев напомнилась ему разом. С отвращением и досадой отбросил он статью на стол.
Ему как-то предчувствовалось, что, по крайней мере, на сегодняшний день он почти наверное может считать
себя безопасным. Вдруг в сердце своем он
ощутил почти радость: ему захотелось поскорее к Катерине Ивановне. На похороны он, разумеется, опоздал, но на поминки поспеет, и там, сейчас, он увидит Соню.
Я могу быть и официальным лицом и при должности, но гражданина и человека я всегда
ощутить в
себе обязан и дать отчет…
Проходя чрез мост, он тихо и спокойно смотрел на Неву, на яркий закат яркого, красного солнца. Несмотря на слабость свою, он даже не
ощущал в
себе усталости. Точно нарыв на сердце его, нарывавший весь месяц, вдруг прорвался. Свобода, свобода! Он свободен теперь от этих чар, от колдовства, обаяния, от наваждения!