Неточные совпадения
Люди спят, мой друг, пойдем в тенистый сад,
Люди спят,
одни лишь звезды к нам глядят,
Да и те
не видят нас среди ветвей
И
не слышат, слышит только соловей.
Изредка Дронов ставил вопросы социального характера, но учитель или
не отвечал ему, или говорил нехотя и непонятно. Из всех его речей Клим запомнил
лишь одно суждение...
— Он, как Толстой, ищет веры, а
не истины. Свободно мыслить о истине можно
лишь тогда, когда мир опустошен: убери из него все — все вещи, явления и все твои желания, кроме
одного: познать мысль в ее сущности. Они оба мыслят о человеке, о боге, добре и зле, а это —
лишь точки отправления на поиски вечной, все решающей истины…
— В России живет два племени: люди
одного — могут думать и говорить только о прошлом, люди другого —
лишь о будущем и, непременно, очень отдаленном. Настоящее, завтрашний день, почти никого
не интересует.
— Комическое — тоже имеется; это ведь сочинение длинное, восемьдесят шесть стихов. Без комического у нас нельзя — неправда будет. Я вот похоронил, наверное,
не одну тысячу людей, а ни
одних похорон без комического случая —
не помню. Вернее будет сказать, что
лишь такие и памятны мне. Мы ведь и на самой горькой дороге о смешное спотыкаемся, такой народ!
Он
не помнил, когда она ушла, уснул, точно убитый, и весь следующий день прожил, как во сне, веря и
не веря в то, что было. Он понимал
лишь одно: в эту ночь им пережито необыкновенное, неизведанное, но —
не то, чего он ждал, и
не так, как представлялось ему. Через несколько таких же бурных ночей он убедился в этом.
— Это, конечно, главная линия раскола, — продолжал Радеев еще более певуче и мягко. — Но намечается и еще
одна, тоже полезная: заметны юноши, которые учатся рассуждать
не только
лишь о печалях народа, а и о судьбах российского государства, о Великом сибирском пути к Тихому океану и о прочем, столь же интересном.
«Зубатов — идиот», — мысленно выругался он и, наткнувшись в темноте на стул, снова лег. Да, хотя старики-либералы спорят с молодежью, но почти всегда оговариваются, что спорят
лишь для того, чтоб «предостеречь от ошибок», а в сущности, они провоцируют молодежь, подстрекая ее к большей активности. Отец Татьяны, Гогин, обвиняет свое поколение в том, что оно
не нашло в себе сил продолжить дело народовольцев и позволило разыграться реакции Победоносцева. На
одном из вечеров он покаянно сказал...
Но это значило только, что в любви его к этой женщине заключалось нечто гораздо высшее, чем он сам предполагал, а
не одна лишь страстность, не один лишь «изгиб тела», о котором он толковал Алеше.
Еще более приходится признать, что в духовной жизни германского народа, в германской мистике, философии, музыке, поэзии были великие и мировые ценности, а
не один лишь культ силы, не один призрачный феноменализм и пр.
Внутреннее волнение, которое ощущали обе эти женщины, отняло у них охоту к слову, но зато они в это время обе без речей понимали, в ком эта сила, обессиливающая все низшие комбинации в человеке, для которого любовь
не одно лишь обладанье, а неодолимая тяга к постижению высшего счастия в соревновании существу, нас превышающему в своей силе правды, добра и самоотвержения.
Неточные совпадения
Ответа нет. Он вновь посланье: // Второму, третьему письму // Ответа нет. В
одно собранье // Он едет;
лишь вошел… ему // Она навстречу. Как сурова! // Его
не видят, с ним ни слова; // У! как теперь окружена // Крещенским холодом она! // Как удержать негодованье // Уста упрямые хотят! // Вперил Онегин зоркий взгляд: // Где, где смятенье, состраданье? // Где пятна слез?.. Их нет, их нет! // На сем лице
лишь гнева след…
Но там, где Мельпомены бурной // Протяжный раздается вой, // Где машет мантией мишурной // Она пред хладною толпой, // Где Талия тихонько дремлет // И плескам дружеским
не внемлет, // Где Терпсихоре
лишь одной // Дивится зритель молодой // (Что было также в прежни леты, // Во время ваше и мое), //
Не обратились на нее // Ни дам ревнивые лорнеты, // Ни трубки модных знатоков // Из лож и кресельных рядов.
Сначала все к нему езжали; // Но так как с заднего крыльца // Обыкновенно подавали // Ему донского жеребца, //
Лишь только вдоль большой дороги // Заслышат их домашни дроги, — // Поступком оскорбясь таким, // Все дружбу прекратили с ним. // «Сосед наш неуч; сумасбродит; // Он фармазон; он пьет
одно // Стаканом красное вино; // Он дамам к ручке
не подходит; // Всё да да нет;
не скажет да-с // Иль нет-с». Таков был общий глас.
Ну! люди в здешней стороне! // Она к нему, а он ко мне, // А я…
одна лишь я любви до смерти трушу. — // А как
не полюбить буфетчика Петрушу!
Не укорит меня никто ничьей бедой, // И луч досаден мой //
Лишь зависти
одной;