Неточные совпадения
Минутами Климу казалось, что он один
в зале, больше никого нет, может быть, и этой доброй ведьмы нет, а сквозь шумок за пределами
зала,
из прожитых веков, поистине чудесно долетает до него оживший голос героической древности.
Он тоже лег спать и во сне увидал себя сидящим на эстраде,
в темном и пустом
зале, но
из темной пустоты кто-то внушительно кричит ему...
В зале было человек сорок, но тусклые зеркала
в простенках размножали людей; казалось, что цыганки, маркизы, клоуны выскакивают, вывертываются
из темных стен и
в следующую минуту наполнят
зал так тесно, что танцевать будет нельзя.
Туробоева
в зале он не нашел, но ему показалось, что
в одной
из лож гримасничает характерное лицо Лютова.
Клим Самгин, бросив на стол деньги, поспешно вышел
из зала и через минуту, застегивая пальто, стоял у подъезда ресторана. Три офицера, все с праздничными лицами, шли
в ногу, один
из них задел Самгина и весело сказал...
Самгин решил зайти к Гогиным, там должны все знать. Там было тесно, как на вокзале пред отходом поезда, он с трудом протискался сквозь толпу барышень, студентов
из прихожей
в зал, и его тотчас ударил по ушам тяжелый, точно
в рупор кричавший голос...
Тут Самгин услыхал, что шум рассеялся, разбежался по углам, уступив место одному мощному и грозному голосу. Углубляя тишину, точно выбросив людей
из зала, опустошив его, голос этот с поразительной отчетливостью произносил знакомые слова, угрожающе раскладывая их по знакомому мотиву. Голос звучал все более мощно, вызывая отрезвляющий холодок
в спине Самгина, и вдруг весь
зал точно обрушился, разломились стены, приподнялся пол и грянул единодушный, разрушающий крик...
Эту группу, вместе с гробом впереди ее, окружала цепь студентов и рабочих, державших друг друга за руки, у многих
в руках — револьверы. Одно
из крепких звеньев цепи — Дунаев, другое — рабочий Петр
Заломов, которого Самгин встречал и о котором говорили, что им была организована защита университета, осажденного полицией.
Лектор взмахнул головой, многие
из публики тоже подняли головы вверх,
в зале раздалось шипение, точно лопнуло что-то, человек пять встали и пошли к двери.
И вот он сидит
в углу дымного
зала за столиком, прикрытым тощей пальмой, сидит и наблюдает из-под широкого, веероподобного листа. Наблюдать — трудно, над столами колеблется пелена сизоватого дыма, и лица людей плохо различимы, они как бы плавают и тают
в дыме, все глаза обесцвечены, тусклы. Но хорошо слышен шум голосов, четко выделяются громкие, для всех произносимые фразы, и, слушая их, Самгин вспоминает страницы ужина у банкира, написанные Бальзаком
в его романе «Шагреневая кожа».
Неточные совпадения
Но чай несут: девицы чинно // Едва за блюдечки взялись, // Вдруг из-за двери
в зале длинной // Фагот и флейта раздались. // Обрадован музыки громом, // Оставя чашку чаю с ромом, // Парис окружных городков, // Подходит к Ольге Петушков, // К Татьяне Ленский; Харликову, // Невесту переспелых лет, // Берет тамбовский мой поэт, // Умчал Буянов Пустякову, // И
в залу высыпали все, // И бал блестит во всей красе.
Но гулять «с мсьё Обломовым», сидеть с ним
в углу большой
залы, на балконе… что ж
из этого? Ему за тридцать лет: не станет же он говорить ей пустяков, давать каких-нибудь книг… Да этого ничего никому и
в голову не приходило.
— Ты вошла бы
в залу, и несколько чепцов пошевелилось бы от негодования; какой-нибудь один
из них пересел бы от тебя… а гордость бы у тебя была все та же, а ты бы сознавала ясно, что ты выше и лучше их.
Андрей часто, отрываясь от дел или
из светской толпы, с вечера, с бала ехал посидеть на широком диване Обломова и
в ленивой беседе отвести и успокоить встревоженную или усталую душу, и всегда испытывал то успокоительное чувство, какое испытывает человек, приходя
из великолепных
зал под собственный скромный кров или возвратясь от красот южной природы
в березовую рощу, где гулял еще ребенком.
Бывало, как досыта набегаешься внизу по
зале, на цыпочках прокрадешься наверх,
в классную, смотришь — Карл Иваныч сидит себе один на своем кресле и с спокойно-величавым выражением читает какую-нибудь
из своих любимых книг. Иногда я заставал его и
в такие минуты, когда он не читал: очки спускались ниже на большом орлином носу, голубые полузакрытые глаза смотрели с каким-то особенным выражением, а губы грустно улыбались.
В комнате тихо; только слышно его равномерное дыхание и бой часов с егерем.