Неточные совпадения
Ее волосы, выгоревшие на висках, были повязаны белым платком, щеки упруго
округлились,
глаза блестели оживленно.
Сюртук студента, делавший его похожим на офицера, должно быть, мешал ему расти, и теперь, в «цивильном» костюме, Стратонов необыкновенно увеличился по всем измерениям, стал еще длиннее, шире в плечах и бедрах, усатое лицо
округлилось, даже
глаза и рот стали как будто больше. Он подавлял Самгина своим объемом, голосом, неуклюжими движениями циркового борца, и почти не верилось, что этот человек был студентом.
Глаза его
округлились, и, несомненно, он сжал зубы — резко выступили скулы.
—
Глаз его покраснел и как-то странно
округлился, выкатился, — торопливо и настойчиво он продолжал: — Если это разнесется — Китаеву и Воронову исключат из гимназии, а они обе — очень бедные, Воронова — дочь машиниста водокачки, а Китаева — портнихи, очень хорошей женщины!
Лицо у неё было новое: слиняло всё и дрожало,
глаза округлились и тупо, оловянные, смотрели прямо перед собою, должно быть, ничего не видя.
Его молодое, искаженное страхом лицо было бледно как полотно, волосы прилипли ко лбу тонкими прядями,
глаза округлились и вращались в своих орбитах с выражением оцепенелого ужаса, как у смертельно раненной птицы; мне в первый раз пришлось видеть раздавленного человека, и едва ли есть что-нибудь тяжелее этой потрясающей душу картины.
Неточные совпадения
Но дни шли за днями, годы сменялись годами, пушок обратился в жесткую бороду, лучи
глаз сменились двумя тусклыми точками, талия
округлилась, волосы стали немилосердно лезть, стукнуло тридцать лет, а он ни на шаг не подвинулся ни на каком поприще и все еще стоял у порога своей арены, там же, где был десять лет назад.
Его совиные
глаза насмешливо
округлились, лицо было разрезано тонкой улыбкой на две одинаково неприятные половины, весь он не соответствовал ласковому тону слов, и казалось в нём говорит кто-то другой. Максим тоже, видимо, чувствовал это: он смотрел в лицо горбуна неприязненно, сжав губы, нахмурив брови.
Видно, г. Ратч не сразу узнал меня, но вдруг щеки его
округлились,
глаза сузились и из раскрывшегося рта, вместе с хохотом, вырвалось восклицание:
Хорошо было смотреть на него в тот час, — стал он важен и даже суров, голос его осел, углубился, говорит он плавно и певуче, точно апостол читает, лицо к небу обратил, и
глаза у него
округлились. Стоит он на коленях, но ростом словно больше стал. Начал я слушать речь его с улыбкой и недоверием, но вскоре вспомнил книгу Антония — русскую историю — и как бы снова раскрылась она предо мною. Он мне свою сказку чудесную поёт, а я за этой сказкой по книге слежу — всё идет верно, только смысл другой.