Неточные совпадения
Глафира Исаевна брала гитару или другой инструмент, похожий на утку
с длинной, уродливо прямо вытянутой шеей; отчаянно звенели струны, Клим находил эту музыку злой, как все,
что делала Глафира Варавка. Иногда она вдруг начинала петь густым голосом,
в нос и тоже злобно. Слова ее песен были странно изломаны,
связь их непонятна, и от этого воющего пения
в комнате становилось еще сумрачней, неуютней. Дети, забившись на диван, слушали молча и покорно, но Лидия шептала виновато...
Каждый раз после свидания
с Ритой Климу хотелось уличить Дронова во лжи, но сделать это значило бы открыть
связь со швейкой, а Клим понимал,
что он не может гордиться своим первым романом. К тому же случилось нечто, глубоко поразившее его: однажды вечером Дронов бесцеремонно вошел
в его комнату, устало сел и заговорил угрюмо...
Клим знал,
что на эти вопросы он мог бы ответить только словами Томилина, знакомыми Макарову. Он молчал, думая,
что, если б Макаров решился на
связь с какой-либо девицей, подобной Рите, все его тревоги исчезли бы. А еще лучше, если б этот лохматый красавец отнял швейку у Дронова и перестал бы вертеться вокруг Лидии. Макаров никогда не спрашивал о ней, но Клим видел,
что, рассказывая, он иногда, склонив голову на плечо, смотрит
в угол потолка, прислушиваясь.
Такие мысли являлись у нее неожиданно, вне
связи с предыдущим, и Клим всегда чувствовал
в них нечто подозрительное, намекающее. Не считает ли она актером его? Он уже догадывался,
что Лидия, о
чем бы она ни говорила, думает о любви, как Макаров о судьбе женщин, Кутузов о социализме, как Нехаева будто бы думала о смерти, до поры, пока ей не удалось вынудить любовь. Клим Самгин все более не любил и боялся людей, одержимых одной идеей, они все насильники, все заражены стремлением порабощать.
Постепенно успокаиваясь, он подумал,
что связь с нею, уже и теперь тревожная,
в дальнейшем стала бы невыносимой, ненавистной. Вероятно, Лидия,
в нелепых поисках чего-то, якобы скрытого за физиологией пола, стала бы изменять ему.
— Ну, господи! У нас,
в России! Ты пойми: ведь это значит — конец спорам и дрязгам, каждый знает,
что ему делать, куда идти. Там прямо сказано о необходимости политической борьбы, о преемственной
связи с народниками — понимаешь?
Он объяснил это тем,
что ей, вероятно, сообщили о Никоновой и о нем
в связи с этой историей.
Думалось трезво и даже удовлетворенно, — видеть такой жалкой эту давно чужую женщину было почти приятно. И приятно было слышать ее истерический визг, — он проникал сквозь дверь. О том, чтоб разорвать
связь с Варварой, Самгин никогда не думал серьезно; теперь ему казалось,
что истлевшая эта
связь лопнула. Он спросил себя, как это оформить: переехать завтра же
в гостиницу? Но — все и всюду бастуют…
Самгин, взяв лампу, пошел
в спальню и, раздеваясь, подумал,
что он создан для холостой жизни, а его
связь с Варварой — ошибка, неприятнейший случай.
Подумав, он нашел,
что мысль о возможности
связи Марины
с политической полицией не вызвала
в нем ничего, кроме удивления. Думать об этом под смех и музыку было неприятно, досадно, но погасить эти думы он не мог. К тому же он выпил больше,
чем привык, чувствовал,
что опьянение настраивает его лирически, а лирика и Марина — несоединимы.
«Истина
с теми, кто утверждает,
что действительность обезличивает человека, насилует его. Есть что-то… недопустимое
в моей
связи с действительностью.
Связь предполагает взаимодействие, но как я могу… вернее: хочу ли я воздействовать на окружающее иначе, как
в целях самообороны против его ограничительных и тлетворных влияний?»
«Нужен дважды гениальный Босх, чтоб превратить вот такую действительность
в кошмарный гротеск», — подумал Самгин, споря
с кем-то, кто еще не успел сказать ничего,
что требовало бы возражения. Грусть, которую он пытался преодолеть, становилась острее, вдруг почему-то вспомнились женщины, которых он знал. «За эти
связи не поблагодаришь судьбу… И
в общем надо сказать,
что моя жизнь…»
«Она не мало видела людей, но я остался для нее наиболее яркой фигурой. Ее первая любовь. Кто-то сказал: “Первая любовь — не ржавеет”.
В сущности, у меня не было достаточно солидных причин разрывать
связь с нею. Отношения обострились… потому
что все вокруг было обострено».
Ничего нового не было
в этих мыслях, но они являлись
в связи более крепкой и
с большей уверенностью,
чем когда-либо раньше.
Связь с этой женщиной и раньше уже тяготила его, а за время войны Елена стала возбуждать
в нем определенно враждебное чувство, —
в ней проснулась трепетная жадность к деньгам, она участвовала
в каких-то крупных спекуляциях, нервничала, говорила дерзости, капризничала и —
что особенно возбуждало Самгина — все более резко обнаруживала презрительное отношение ко всему русскому — к армии, правительству, интеллигенции, к своей прислуге — и все чаще,
в разных формах, выражала свою тревогу о судьбе Франции...
Затем он рассказал странную историю: у Леонида Андреева несколько дней прятался какой-то нелегальный большевик, он поссорился
с хозяином, и Андреев стрелял
в него из револьвера, тотчас же и без
связи с предыдущим сообщил,
что офицера-гвардейца избили
в модном кабаке Распутина и
что ходят слухи о заговоре придворной знати, — она решила снять царя Николая
с престола и посадить на его место — Михаила.
Неточные совпадения
В этом, казалось, и заключалась главная цель
связей его
с старым повытчиком, потому
что тут же сундук свой он отправил секретно домой и на другой день очутился уже на другой квартире.
В других домах рассказывалось это несколько иначе:
что у Чичикова нет вовсе никакой жены, но
что он, как человек тонкий и действующий наверняка, предпринял,
с тем чтобы получить руку дочери, начать дело
с матери и имел
с нею сердечную тайную
связь, и
что потом сделал декларацию насчет руки дочери; но мать, испугавшись, чтобы не совершилось преступление, противное религии, и чувствуя
в душе угрызение совести, отказала наотрез, и
что вот потому Чичиков решился на похищение.
Только
что вы остановитесь, он начинает длинную тираду, по-видимому имеющую какую-то
связь с тем,
что вы сказали, но которая
в самом деле есть только продолжение его собственной речи.
В последнюю встречу Свидригайлов объяснил Раскольникову,
что с детьми Катерины Ивановны он как-то покончил, и покончил удачно;
что у него, благодаря кой-каким
связям, отыскались такие лица,
с помощью которых можно было поместить всех троих сирот, немедленно,
в весьма приличные для них заведения;
что отложенные для них деньги тоже многому помогли, так как сирот
с капиталом поместить гораздо легче,
чем сирот нищих.
Дело
в том,
что он, по инстинкту, начинал проникать,
что Лебезятников не только пошленький и глуповатый человечек, но, может быть, и лгунишка, и
что никаких вовсе не имеет он
связей позначительнее даже
в своем кружке, а только слышал что-нибудь
с третьего голоса; мало того: и дела-то своего, пропагандного, может, не знает порядочно, потому что-то уж слишком сбивается и
что уж куда ему быть обличителем!