Неточные совпадения
Заслуженно ненавидя власть
царя, честные люди заочно, с
великой искренностью полюбили «народ» и пошли воскрешать, спасать его.
Промчался обер-полицмейстер Власовский, держась за пояс кучера, а за ним, окруженный конвоем, торжественно проехал дядя
царя,
великий князь Сергей. Хрисанф и Диомидов обнажили головы. Самгин тоже невольно поднял к фуражке руку, но Маракуев, отвернувшись в сторону, упрекнул Хрисанфа...
— В записках местного жителя Афанасия Дьякова, частию опубликованных мною в «Губернских ведомостях», рассказано, что швед пушкарь Егор — думать надо Ингвар, сиречь, упрощенно, Георг — Игорь, — отличаясь смелостью характера и простотой души, сказал Петру
Великому, когда суровый государь этот заглянул проездом в город наш: «Тебе,
царь, кузнечному да литейному делу выучиться бы, в деревянном царстве твоем плотников и без тебя довольно есть».
А когда он пригрозил, что позовет полицейского, она, круто свернув с панели, не спеша и какой-то размышляющей походкой перешла мостовую и скрылась за монументом Екатерины
Великой. Самгин подумал, что монумент похож на царь-колокол, а Петербург не похож на русский город.
— Тыл готовим, черт… Трехсотлетие-то для чего празднуется? Напомнить верноподданным, сукиным детям, о
великих заслугах
царей. Всероссийская торгово-промышленная выставка в Киеве будет.
— Отдаюсь под высокое покровительство
великого царя и ваше. Обещаюсь верно, до последней капли крови служить белому царю и надеюсь быть полезным в войне с Шамилем, врагом моим и вашим.
Любовь же бедной девушки из виноградника и
великого царя никогда не пройдет и не забудется, потому что крепка, как смерть, любовь, потому что каждая женщина, которая любит, — царица, потому что любовь прекрасна!
Неточные совпадения
Он законодатель мудрый, судия правдивый, исполнитель ревностный, он паче всех
царей велик, он вольность дарует всем.
Не токмо не может быть вреда, но польза; польза от первого до последнего, от малого до
великого, от
царя до последнейшего гражданина.
О! дар небес благословенный, // Источник всех
великих дел; // О вольность, вольность, дар бесценный! // Позволь, чтоб раб тебя воспел. // Исполни сердце твоим жаром, // В нем сильных мышц твоих ударом // Во свет рабства тьму претвори, // Да Брут и Телль еще проснутся, // Седяй во власти, да смятутся // От гласа твоего
цари.
И, на волнах витязя лелея, // Рек Донец: «
Велик ты, Игорь-князь! // Русским землям ты принес веселье, // Из неволи к дому возвратясь». // — «О река! — ответил князь. — Немало // И тебе величья! В час ночной // Ты на волнах Игоря качала, // Берег свой серебряный устлала // Для него зеленою травой. // И когда дремал он под листвою, // Где
царила сумрачная мгла, // Страж ему был гоголь над водою, // Чайка князя в небе стерегла».
Царь спрашивает: «А
велика ли у тебя семья?»