— Кондратий Пахомыч! — закричал мальчик, — они
подъехали к речке… остановились… вот человек пять выехало вперед… стали в кучку… Эх, какой верзила! Ну, этот всех выше!.. а лошадь-то под ним так и пляшет!.. Видно, это их на́больший…
Неточные совпадения
Место тяги было недалеко над
речкой в мелком осиннике.
Подъехав к лесу, Левин слез и провел Облонского на угол мшистой и топкой полянки, уже освободившейся от снега. Сам он вернулся на другой край
к двойняшке-березе и, прислонив ружье
к развилине сухого нижнего сучка, снял кафтан, перепоясался и попробовал свободы движений рук.
— Это я вам принес живого сазана, Татьяна Марковна: сейчас выудил сам. Ехал
к вам, а там на
речке, в осоке, вижу, сидит в лодке Иван Матвеич. Я попросился
к нему, он
подъехал, взял меня, я и четверти часа не сидел — вот какого выудил! А это вам, Марфа Васильевна, дорогой, вон тут во ржи нарвал васильков…
Александра Ивановна, выезжая из города, бросила взгляд налево, на последний домик над
речкой, и, увидав в одном из его окон полуседую голову Катерины Астафьевны, ласково кивнула ей и,
подъехав к самой реке, остановила лошадь.
Феофан жил в то время в своем доме на Аптекарском острове, на берегу
речки Карповки. В назначенный час государь с архиереем в простых санях
подъехали к дому Феофана и услышали звуки музыки и голоса пирующих. Государь с архиереем вошли в собрание. Случилось так, что хозяин в то самое время держал в руках кубок вина. Увидав государя, он дал знак, чтобы музыка умолкла, и, подняв руку, с большим громогласием произнес:
К концу того же дня Литвинов
подъезжал к Татьяниной деревне. Домик, где жила бывшая его невеста, стоял на холме, над небольшой
речкой, посреди недавно разведенного сада. Домик тоже был новенький, только что построенный, и далеко виднелся через
речку и поле. Литвинову он открылся версты за две с своим острым мезонином и рядом окошек, ярко рдевших на вечернем солнце.