Неточные совпадения
— Меня, — кротко и скромно отвечал Беттельгейм (но под этой скромностью
таилось, кажется,
не смирение). — Потом, — продолжал он, — уж постоянно стали заходить сюда корабли христианских наций, и именно от английского правительства разрешено раз в год посылать одно военное судно, с китайской станции, на Лю-чу наблюдать, как поступают с нами, и вот жители кланяются теперь в пояс. Они невежественны, грязны, грубы…
Бананы великолепны, пока еще будущие плоды
не сформировались и
таятся в большой, висящей книзу почке фиолетового цвета.
Я узнал, что жизнь их
не неподвижная,
не сонная, что она нисколько
не похожа на обыкновенную провинциальную жизнь; что в сумме здешней деятельности
таится масса подвигов, о которых громко кричали и печатали бы в других местах, а у нас, из скромности, молчат.
Пришел солдат с медалями, // Чуть жив, а выпить хочется: // — Я счастлив! — говорит. // «Ну, открывай, старинушка, // В чем счастие солдатское? // Да
не таись, смотри!» // — А в том, во-первых, счастие, // Что в двадцати сражениях // Я был, а не убит! // А во-вторых, важней того, // Я и во время мирное // Ходил ни сыт ни голоден, // А смерти не дался! // А в-третьих — за провинности, // Великие и малые, // Нещадно бит я палками, // А хоть пощупай — жив!
Он чаще прежнего заставал ее у часовни молящеюся. Она
не таилась и даже однажды приняла его предложение проводить ее до деревенской церкви на гору, куда ходила одна, и во время службы и вне службы, долго молясь и стоя на коленях неподвижно, задумчиво, с поникшей головой.
— Отчего ж ты на соборе была такая думчивая? — продолжала Варенька. — О чем раздумалась?.. Тревога житейская аль опять сомненья?.. Уныние или мирские заботы?.. Перестань думать о них. Никакие заботы, никакие житейские попеченья не сто́ят чистых твоих дум… Передо мной
не таись, скажи всю правду… Моими или устами других будешь обличена на соборе, тогда все откроется, все, что ни есть у тебя на душе.
Карп Алексеич узнал от приятеля, кто на него челобитчиком был. Только что уехал Доброхотов, злобно закусил он губу и,
не таясь стоявших поблизости людей, громко вымолвил:
Неточные совпадения
Теперь я должен несколько объяснить причины, побудившие меня предать публике сердечные тайны человека, которого я никогда
не знал. Добро бы я был еще его другом: коварная нескромность истинного друга понятна каждому; но я видел его только раз в моей жизни на большой дороге; следовательно,
не могу питать к нему той неизъяснимой ненависти, которая,
таясь под личиною дружбы, ожидает только смерти или несчастия любимого предмета, чтоб разразиться над его головою градом упреков, советов, насмешек и сожалений.
Он спешил к Свидригайлову. Чего он мог надеяться от этого человека — он и сам
не знал. Но в этом человеке
таилась какая-то власть над ним. Сознав это раз, он уже
не мог успокоиться, а теперь к тому же и пришло время.
Она слушала молча, с строгим взглядом; в сдвинутых бровях
таилась суровость, в линии губ, как змей, ползала
не то недоверчивость,
не то пренебрежение…
Это было существо доброе, умное, молчаливое, с теплым сердцем; но, бог знает отчего, от долгого ли житья в деревне, от других ли каких причин, у ней на дне души (если только есть дно у души)
таилась рана, или, лучше сказать, сочилась ранка, которую ничем
не можно было излечить, да и назвать ее ни она
не умела, ни я
не мог.
Красавцем он тоже
не был; но в его взоре, в улыбке, во всем его существе
таилось что-то чрезвычайно привлекательное, именно
таилось.