Неточные совпадения
Я все мечтал — и давно мечтал — об этом вояже, может быть с
той минуты, когда учитель сказал мне, что если ехать от какой-нибудь точки безостановочно,
то воротишься к ней с другой
стороны: мне захотелось поехать с правого берега Волги,
на котором я родился, и воротиться с левого; хотелось самому туда, где учитель указывает пальцем быть экватору, полюсам, тропикам.
Но эта первая буря мало подействовала
на меня: не бывши никогда в море, я думал, что это так должно быть, что иначе не бывает,
то есть что корабль всегда раскачивается
на обе
стороны, палуба вырывается из-под ног и море как будто опрокидывается
на голову.
Между
тем наблюдал за другими: вот молодой человек, гардемарин, бледнеет, опускается
на стул; глаза у него тускнеют, голова клонится
на сторону.
Оно, пожалуй, красиво смотреть со
стороны, когда
на бесконечной глади вод плывет корабль, окрыленный белыми парусами, как подобие лебедя, а когда попадешь в эту паутину снастей, от которых проходу нет,
то увидишь в этом не доказательство силы, а скорее безнадежность
на совершенную победу.
Многие обрадовались бы видеть такой необыкновенный случай: праздничную
сторону народа и столицы, но я ждал не
того; я видел это у себя; мне улыбался завтрашний, будничный день. Мне хотелось путешествовать не официально, не приехать и «осматривать», а жить и смотреть
на все, не насилуя наблюдательности; не задавая себе утомительных уроков осматривать ежедневно, с гидом в руках, по стольку-то улиц, музеев, зданий, церквей. От такого путешествия остается в голове хаос улиц, памятников, да и
то ненадолго.
К чаю уже надо было положить
на стол рейки,
то есть поперечные дощечки ребром, а
то чашки, блюдечки, хлеб и прочее ползло
то в одну,
то в другую
сторону.
«Хвастаете, дед: ведь вы три раза ходили вокруг света: итого шесть раз!» — «Так; но однажды
на самом экваторе корабль захватили штили и нас раза три-четыре перетаскивало
то по
ту,
то по эту
сторону экватора».
Бен с улыбкой смотрел, как мы молча наслаждались великолепной картиной, поворачиваясь медленно
то на ту,
то на другую
сторону.
К обеду,
то есть часов в пять, мы, запыленные, загорелые, небритые, остановились перед широким крыльцом «Welch’s hotel» в Капштате и застали в сенях толпу наших. Каролина была в своей рамке, в своем черном платье, которое было ей так к лицу, с сеточкой
на голове. Пошли расспросы, толки, новости с
той и с другой
стороны. Хозяйки встретили нас, как старых друзей.
Орудия закрепили тройными талями и, сверх
того, еще занесли кабельтовым, и
на этот счет были довольно покойны. Качка была ужасная. Вещи, которые крепко привязаны были к стенам и к полу, отрывались и неслись в противоположную
сторону, оттуда назад. Так задумали оторваться три массивные кресла в капитанской каюте. Они рванулись, понеслись, домчались до средины; тут крен был так крут, что они скакнули уже по воздуху, сбили столик перед диваном и, изломав его, изломавшись сами, с треском упали все
на диван.
Вон
тот холм, как он ни зелен, ни приютен, но ему чего-то недостает: он должен бы быть увенчан белой колоннадой с портиком или виллой с балконами
на все
стороны, с парком, с бегущими по отлогостям тропинками.
Мокро, скользко; переходя торопливо со
стороны на сторону,
того и гляди слетишь в люк.
Все бросились менять,
то есть повезли со всех
сторон сюда доллары, и брали за них векселя
на Лондон и другие места, выигрывая по два шиллинга
на доллар.
Мы бросились в
ту же
сторону: она остановилась
на одном поле.
Если теперь японцам уже нельзя подчинить эту торговлю таким же ограничениям, каким подчинены сношения с голландцами,
то, с другой
стороны, иностранцам нельзя добровольно склонить их действовать совершенно
на европейский лад.
И японские войска расставлены были по обеим
сторонам дороги,
то есть
те же солдаты, с картонными шапками
на головах и ружьями, или quasi-ружьями в чехлах, ноги врозь и колени вперед.
Судно, держась
на одном киле, падает
то на правую,
то на левую
сторону.
Когда будете в Маниле, велите везти себя через Санта-Круц в Мигель: тут река образует островок, один из
тех, которые снятся только во сне да изображаются
на картинах;
на нем какая-то миньятюрная хижина в кустах; с одной
стороны берега смотрятся в реку ряды домов, лачужек, дач; с другой — зеленеет луг, за ним плантации.
Кожа акулы очень ценится столярами для полировки дерева; кроме
того, ею обивают разные вещи; в Японии обтягивают сабли. Мне один японец подарил маленький баул, обтянутый кожей акулы; очень красиво, похоже немного
на тисненый сафьян. Мне показали потом маленькую рыбку, в четверть аршина величиной, найденную прилипшею к спине акулы и одного цвета со спиной. У нас попросту называли ее прилипалой.
На одной
стороне ее был виден оттиск шероховатой кожи акулы.
На другой
стороне я нашел свежих лошадей и быстро помчался по отличной дороге,
то есть гладкой луговине, но без колей: это еще была последняя верховая станция.
Чиновник был послан, сколько я мог узнать, чтоб сблизить их. «Как же вы сделали?» — спросил я его. «Лаской и подарками, — сказал он, — я с трудом зазвал их старшин
на русскую
сторону, к себе в юрту, угостил чаем, уверил, что им опасаться нечего, и после
того многие семейства перекочевали
на русскую
сторону».
Мне остается сказать несколько слов о некоторых из якутских купцов, которые также достигают до здешних геркулесовых столпов,
то есть до Ледовитого моря, или в противную
сторону, до неведомых пустынь. Один из них ездит, например, за пятьсот верст еще далее Нижнеколымска, до которого считается три тысячи верст от Якутска, к чукчам, другой к югу,
на реку Уду, третий к западу, в Вилюйский округ.
Это очень хорошо выходит по-русски, так же как, например, выражение «остойчивый», «остойчивость»,
то есть прочное, надлежащее сиденье корабля в воде; «наветренная» и «подветренная»
сторона или еще «отстояться
на якоре»,
то есть воспротивиться напору ветра и т. д.
По изустным рассказам свидетелей, поразительнее всего казалось переменное возвышение и понижение берега: он
то приходил вровень с фрегатом,
то вдруг возвышался саженей
на шесть вверх. Нельзя было решить, стоя
на палубе, поднимается ли вода, или опускается самое дно моря? Вращением воды кидало фрегат из
стороны в
сторону, прижимая
на какую-нибудь сажень к скалистой стене острова, около которого он стоял, и грозя раздробить, как орех, и отбрасывая опять
на середину бухты.
Потом стало ворочать его
то в одну,
то в другую
сторону с такой быстротой, что в тридцать минут, по словам рапорта, было сделано им сорок два оборота! Наконец начало бить фрегат, по причине переменной прибыли и убыли воды, об дно, о свои якоря и класть
то на один,
то на другой бок. И когда во второй раз положило — он оставался в этом положении с минуту…
И это правда. Обыкновенно ссылаются
на то, как много погибает судов. А если счесть, сколько поездов сталкивается
на железных дорогах, сваливается с высот, сколько гибнет людей в огне пожаров и т. д.,
то на которой
стороне окажется перевес? И сколько вообще расходуется бедного человечества по мелочам, в одиночку, не всегда в глуши каких-нибудь пустынь, лесов, а в многолюдных городах!
Неточные совпадения
Порой дождливою намедни // Я, завернув
на скотный двор… // Тьфу! прозаические бредни, // Фламандской школы пестрый сор! // Таков ли был я, расцветая? // Скажи, фонтан Бахчисарая! // Такие ль мысли мне
на ум // Навел твой бесконечный шум, // Когда безмолвно пред тобою // Зарему я воображал // Средь пышных, опустелых зал… // Спустя три года, вслед за мною, // Скитаясь в
той же
стороне, // Онегин вспомнил обо мне.
Ужель
та самая Татьяна, // Которой он наедине, // В начале нашего романа, // В глухой, далекой
стороне, // В благом пылу нравоученья // Читал когда-то наставленья, //
Та, от которой он хранит // Письмо, где сердце говорит, // Где всё наруже, всё
на воле, //
Та девочка… иль это сон?.. //
Та девочка, которой он // Пренебрегал в смиренной доле, // Ужели с ним сейчас была // Так равнодушна, так смела?
Как
на досадную разлуку, // Татьяна ропщет
на ручей; // Не видит никого, кто руку // С
той стороны подал бы ей; // Но вдруг сугроб зашевелился, // И кто ж из-под него явился? // Большой, взъерошенный медведь; // Татьяна ах! а он реветь, // И лапу с острыми когтями // Ей протянул; она скрепясь // Дрожащей ручкой оперлась // И боязливыми шагами // Перебралась через ручей; // Пошла — и что ж? медведь за ней!
Татьяна верила преданьям // Простонародной старины, // И снам, и карточным гаданьям, // И предсказаниям луны. // Ее тревожили приметы; // Таинственно ей все предметы // Провозглашали что-нибудь, // Предчувствия теснили грудь. // Жеманный кот,
на печке сидя, // Мурлыча, лапкой рыльце мыл: //
То несомненный знак ей был, // Что едут гости. Вдруг увидя // Младой двурогий лик луны //
На небе с левой
стороны,
Полицеймейстер, точно, был чудотворец: как только услышал он, в чем дело, в
ту ж минуту кликнул квартального, бойкого малого в лакированных ботфортах, и, кажется, всего два слова шепнул ему
на ухо да прибавил только: «Понимаешь!» — а уж там, в другой комнате, в продолжение
того времени, как гости резалися в вист, появилась
на столе белуга, осетры, семга, икра паюсная, икра свежепросольная, селедки, севрюжки, сыры, копченые языки и балыки, — это все было со
стороны рыбного ряда.