Неточные совпадения
Там явились все только наши да еще служащий
в Ост-Индии английский военный доктор Whetherhead. На столе стояло более десяти покрытых серебряных блюд, по
обычаю англичан, и чего тут не было! Я сел на конце; передо мной поставили суп, и мне пришлось хозяйничать.
Сильные и наиболее дикие племена, теснимые цивилизацией и войною, углубились далеко внутрь; другие, послабее и посмирнее, теснимые первыми изнутри и европейцами от берегов, поддались не цивилизации, а силе обстоятельств и оружия и идут
в услужение к европейцам, разделяя их образ жизни, пищу,
обычаи и даже религию, несмотря на то, что
в 1834 г. они освобождены от рабства и, кажется, могли бы выбрать сами себе место жительства и промысл.
Он ведет их толпой, или колонией, как он называет, из-за Каспийского моря, через всю Азию
в Китай, и оттуда
в Японию, прямо так, как они есть, с готовым языком, нравами,
обычаями, чуть не с узелком под мышкой,
в котором были завязаны вот эти нынешние их кофты с гербами и юбки.
У них вообще есть
обычай менять имена по нескольку раз
в жизни,
в разные эпохи, например при женитьбе и тому подобных обстоятельствах.
Я не раз упомянул о разрезывании брюха. Кажется, теперь этот
обычай употребляется реже. После нашего прихода, когда правительство убедится, что и ему самому, не только подданным, придется изменить многое у себя, конечно будут пороть брюхо еще реже. А вот пока что говорит об этом
обычае мой ученый источник, из которого я привел некоторые места
в начале этого письма...
Он приказал объявить им, что «и так много делают снисхождения, исполняя их
обычаи: не ездят на берег; пришли
в Нагасаки, а не
в Едо, тогда как могли бы сделать это, а они не ценят ничего этого, и потому кататься будем».
Потом он, потянув воздух
в себя, начал переводить, по
обычаю, расстановисто, с спирающимся хохотом
в горле — знак, что передает какой-нибудь отказ и этим хохотом смягчает его, золотит пилюлю.
Чрез полчаса мы сидели
в чистой комнате отели, у камина, за столом, уставленным, по английскому
обычаю, множеством блюд.
Да, я забыл сказать, что за полчаса до назначенного времени приехал, как и
в первый раз, старший после губернатора
в городе чиновник сказать, что полномочные ожидают нас. За ним, по японскому
обычаю, тянулся целый хвост баниосов и прочего всякого чина. Чиновник выпил чашку чаю, две рюмки cherry brandy (вишневой наливки) и уехал.
Старик вынул пачку бумаги, тщательно отодрал один листок, высморкался, спрятал бумажку
в рукав, потом кротко возразил, что, по японским
обычаям, при первом знакомстве разговоры о делах обыкновенно откладываются, что этого требуют приличия и законы гостеприимства.
(Посещая нас, они не снимали ее: не изменился ли
обычай и
в самой Японии со времени Гвальтьери?)
Я вглядывался во все это и — как
в Китае — базары и толкотня на них поразили меня сходством с нашими старыми базарами, так и
в этих
обычаях поразило меня сходство с нашими же старыми нравами.
В эпоху нашего младенчества из азиатской колыбели попало
в наше воспитание несколько замашек и
обычаев, и теперь еще не совсем изгладившихся, особенно
в простом быту.
Но довольно Ликейских островов и о Ликейских островах, довольно и для меня и для вас! Если захотите знать подробнее долготу, широту места, пространство, число островов, не поленитесь сами взглянуть на карту, а о нравах жителей, об
обычаях, о произведениях, об истории — прочтите у Бичи, у Бельчера. Помните условие: я пишу только письма к вам о том, что вижу сам и что переживаю изо дня
в день.
Надо же изучать нравы,
обычаи…» — «А что это у вас вставлено
в рамы вместо стекол?» — спросил я хозяина.
Весь шик заключается
в том, чтоб — хоть задохнуться, да казаться европейцем, не изменять европейского костюма и
обычаев.
Измученные, мы воротились домой. Было еще рано, я ушел
в свою комнату и сел писать письма. Невозможно: мною овладело утомление; меня гнело; перо падало из рук; мысли не связывались одни с другими; я засыпал над бумагой и поневоле последовал полуденному
обычаю: лег и заснул крепко до обеда.
Наконец мы, более или менее, видели четыре нации, составляющие почти весь крайний восток. С одними имели ежедневные и важные сношения, с другими познакомились поверхностно, у третьих были
в гостях, на четвертых мимоходом взглянули. Все четыре народа принадлежат к одному семейству если не по происхождению, как уверяют некоторые, производя, например, японцев от курильцев, то по воспитанию, этому второму рождению, по культуре, потом по нравам,
обычаям, отчасти языку, вере, одежде и т. д.
Нужды нет, что якуты населяют город, а все же мне стало отрадно, когда я въехал
в кучу почерневших от времени, одноэтажных, деревянных домов: все-таки это Русь, хотя и сибирская Русь! У ней есть много особенностей как
в природе, так и
в людских нравах,
обычаях, отчасти, как вы видите,
в языке, что и образует ей свою коренную, немного суровую, но величавую физиономию.
Обычаи здесь патриархальные: гости пообедают, распростятся с хозяином и отправятся домой спать, и хозяин ляжет, а вечером явятся опять и садятся за бостон до ужина. Общество одно. Служащие, купцы и жены тех и других видятся ежедневно и… живут все
в больших ладах.
Так и мне, не ходившему дотоле никуда
в море далее Кронштадта и Петергофа, приходилось часто впадать
в сомнение при этих, по непривычке «страшных», но вовсе не «опасных», шумах, тресках, беготне, пока я не ознакомился с правилами и
обычаями морского быта.
Неточные совпадения
Скотинин. Я проходил мимо вас. Услышал, что меня кличут, я и откликнулся. У меня такой
обычай: кто вскрикнет — Скотинин! А я ему: я! Что вы, братцы, и заправду? Я сам служивал
в гвардии и отставлен капралом. Бывало, на съезжей
в перекличке как закричат: Тарас Скотинин! А я во все горло: я!
Скотинин. Я никуда не шел, а брожу, задумавшись. У меня такой
обычай, как что заберу
в голову, то из нее гвоздем не выколотишь. У меня, слышь ты, что вошло
в ум, тут и засело. О том вся и дума, то только и вижу во сне, как наяву, а наяву, как во сне.
Скотинин. Кого? За что?
В день моего сговора! Я прошу тебя, сестрица, для такого праздника отложить наказание до завтрева; а завтра, коль изволишь, я и сам охотно помогу. Не будь я Тарас Скотинин, если у меня не всякая вина виновата. У меня
в этом, сестрица, один
обычай с тобою. Да за что ж ты так прогневалась?
Вести о «глуповском нелепом и смеха достойном смятении» достигли наконец и до начальства. Велено было «беспутную оную Клемантинку, сыскав, представить, а которые есть у нее сообщники, то и тех, сыскав, представить же, а глуповцам крепко-накрепко наказать, дабы неповинных граждан
в реке занапрасно не утапливали и с раската звериным
обычаем не сбрасывали». Но известия о назначении нового градоначальника все еще не получалось.
К довершению бедствия глуповцы взялись за ум. По вкоренившемуся исстари крамольническому
обычаю, собрались они около колокольни, стали судить да рядить и кончили тем, что выбрали из среды своей ходока — самого древнего
в целом городе человека, Евсеича. Долго кланялись и мир и Евсеич друг другу
в ноги: первый просил послужить, второй просил освободить. Наконец мир сказал: