Неточные совпадения
22 января Л. А. Попов, штурманский офицер, за утренним чаем сказал: «Поздравляю: сегодня в восьмом часу мы
пересекли Северный тропик». — «А я ночью озяб», — заметил я. «Как так?» — «Так, взял да и озяб: видно, кто-нибудь из нас охладел, или я, или тропики. Я лежал легко одетый под самым люком, а «ночной зефир струил эфир» прямо на меня».
Да, я забыл сказать, что мы не последовали примеру большей части мореплавателей, которые, отправляясь из Европы на юг Америки или Африки, стараются, бог знает для чего,
пересечь экватор как можно дальше от Африки.
Но 3-го числа, в 8 часов утра, дед донес начальству, что мы уже в южном полушарии: в пять часов фрегат
пересек экватор в 18° западной долготы.
Пересеки и тропик, и экватор,
И отпируй сей праздник моряков!..
«Сколько раз вы
пересекли экватор?» — спросили мы его.
Мы прошли мимо их ночью. Наконец стали подниматься постепенно к северу и дошли до точки пересечения 105˚ ‹восточной› долготы и 30˚ ‹южной› широты и 10-го мая
пересекли тропик Козерога. Ждали пассата, а дул чистый S, и только в 18˚ получили пассат.
Джонки, лодки, китайцы и индийцы проезжают с берега на суда и обратно,
пересекая друг другу дорогу. Направо и налево от нас — все дико; непроходимый кокосовый лес смотрится в залив; сзади море.
Следили каждое явление и сравнивали с описаниями: вихрь задул от W, потом перешел к SW; мы взяли на О и
пересекли дугу.
Было свежо, катера делали длинные и короткие галсы, вдруг поворачивали, лавировали и обрезали один другого, то есть
пересекали, гоняясь, друг другу путь.
11-го числа, часов в 9 вечера, мы
пересекли Северный тропик.
Тут только увидал я, как велик город, какая сеть кварталов и улиц лежит по берегам Пассига,
пересекая его несколько раз!
Неточные совпадения
Когда благому просвещенью // Отдвинем более границ, // Со временем (по расчисленью // Философических таблиц, // Лет чрез пятьсот) дороги, верно, // У нас изменятся безмерно: // Шоссе Россию здесь и тут, // Соединив,
пересекут. // Мосты чугунные чрез воды // Шагнут широкою дугой, // Раздвинем горы, под водой // Пророем дерзостные своды, // И заведет крещеный мир // На каждой станции трактир.
Заглянул бы кто-нибудь к нему на рабочий двор, где наготовлено было на запас всякого дерева и посуды, никогда не употреблявшейся, — ему бы показалось, уж не попал ли он как-нибудь в Москву на щепной двор, куда ежедневно отправляются расторопные тещи и свекрухи, с кухарками позади, делать свои хозяйственные запасы и где горами белеет всякое дерево — шитое, точеное, лаженое и плетеное: бочки,
пересеки, ушаты, лагуны́, [Лагун — «форма ведра с закрышкой».
Сияние месяца там и там: будто белые полотняные платки развешались по стенам, по мостовой, по улицам; косяками
пересекают их черные, как уголь, тени; подобно сверкающему металлу блистают вкось озаренные деревянные крыши, и нигде ни души — все спит.
Тут, чем бы вора подстеречь // И наказать его, а правых поберечь, // Хозяин мой велел всех кошек
пересечь.
Узкие тропинки тянулись по полям, пропадали в лощинках, вились по пригоркам, и на одной из них, которой в пятистах шагах впереди от нас приходилось
пересекать нашу дорогу, различил я какой-то поезд.