Неточные совпадения
—
Черт с ним!
Что мне
за дело до него! — сказал Райский.
Он смотрел мысленно и на себя, как это у него делалось невольно, само собой, без его ведома («и как делалось у всех, — думал он, — непременно, только эти все не наблюдают
за собой или не сознаются в этой, врожденной человеку,
черте: одни — только казаться, а другие и быть и казаться как можно лучше — одни, натуры мелкие — только наружно, то есть рисоваться, натуры глубокие, серьезные, искренние — и внутренно,
что в сущности и значит работать над собой, улучшаться»), и вдумывался, какая роль достается ему в этой встрече: таков ли он, каков должен быть, и каков именно должен он быть?
Но Райский не счел нужным припоминать старого знакомства, потому
что не любил, как и бабушка, пьяных, однако он со стороны наблюдал
за ним и тут же карандашом
начертил его карикатуру.
А мне одно нужно: покой! И доктор говорит,
что я нервная,
что меня надо беречь, не раздражать, и слава Богу,
что он натвердил это бабушке: меня оставляют в покое. Мне не хотелось бы выходить из моего круга, который я очертила около себя: никто не переходит
за эту
черту, я так поставила себя, и в этом весь мой покой, все мое счастие.
«Да
что мне
за дело,
черт возьми, ведь не влюблен же я в эту статую!» — думал он, вдруг останавливаясь на дорожке и ворочая одурелыми глазами вокруг.
Соглашаясь в необходимости труда, она винила себя первая
за бездействие и
чертила себе, в недальнем будущем, образ простого, но действительного дела, завидуя пока Марфеньке в том,
что та приспособила свой досуг и свои руки к домашнему хозяйству и отчасти к деревне.
—
Черт знает,
что за нелепость! — рычал Марк, — выдумали люди себе кандалы… лезут в мученики…
Что за черт! в самом деле! (Протирает глаза.)Целуются! Ах, батюшки, целуются! Точный жених! (Вскрикивает, подпрыгивая от радости.)Ай, Антон! Ай, Антон! Ай, городничий! Бона, как дело-то пошло!
Неточные совпадения
Черт сбил с толку обоих чиновников; чиновники, говоря попросту, перебесились и поссорились ни
за что.
— А вот черти-то тебя и припекут! скажут: «А вот тебе, мошенница,
за то,
что барина-то обманывала!», да горячими-то тебя и припекут!
Ноздрев был очень рассержен
за то,
что потревожили его уединение; прежде всего он отправил квартального к
черту, но, когда прочитал в записке городничего,
что может случиться пожива, потому
что на вечер ожидают какого-то новичка, смягчился в ту же минуту, запер комнату наскоро ключом, оделся как попало и отправился к ним.
А уж куды бывает метко все то,
что вышло из глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племен, а всё сам-самородок, живой и бойкий русский ум,
что не лезет
за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влепливает сразу, как пашпорт на вечную носку, и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы, — одной
чертой обрисован ты с ног до головы!
В первую минуту разговора с ним не можешь не сказать: «Какой приятный и добрый человек!» В следующую
за тем минуту ничего не скажешь, а в третью скажешь: «
Черт знает
что такое!» — и отойдешь подальше; если ж не отойдешь, почувствуешь скуку смертельную.