Неточные совпадения
— Послушайте, monsieur Чацкий, — остановила она, — скажите мне по крайней мере отчего я гибну? Оттого что не понимаю
новой жизни, не… не поддаюсь… как вы это называете… развитию? Это ваше любимое слово. Но вы достигли этого развития, да? а я всякий день
слышу, что вы скучаете… вы иногда наводите на всех скуку…
— Вот вы кто! — сказала она. — Вы, кажется, хвастаетесь своим громким именем! Я
слышала уж о вас. Вы стреляли в Нила Андреича и травили одну даму собакой… Это «
новая сила»? Уходите — да больше не являйтесь сюда…
После всех пришел Марк — и внес
новый взгляд во все то, что она читала,
слышала, что знала, взгляд полного и дерзкого отрицания всего, от начала до конца, небесных и земных авторитетов, старой жизни, старой науки, старых добродетелей и пороков. Он, с преждевременным триумфом, явился к ней предвидя победу, и ошибся.
Наверно, с ним можно завести чрезвычайно интересный разговор и
услышать новое, но — «мы вот теперь с тобою поговорим, и я тебя очень заинтересую, а когда ты уйдешь, я примусь уже за самое интересное»…
— Помилуй, мамо! зачем губишь верный народ? чем прогневили? Разве держали мы руку поганого татарина; разве соглашались в чем-либо с турчином; разве изменили тебе делом или помышлением? За что ж немилость? Прежде слышали мы, что приказываешь везде строить крепости от нас; после слышали, что хочешь поворотить в карабинеры;теперь
слышим новые напасти. Чем виновато запорожское войско? тем ли, что перевело твою армию через Перекоп и помогло твоим енералам порубать крымцев?..
Но едва успеваем сказать здесь, всемилостивейшая государыня, вашему императорскому величеству крайние чувствия искренности нашей за милости твои; едва успеваем воскурить пред образом твоим, великая императрица, нам священным и нам любезным, кадило сердец наших за благоволения твои, уже мы
слышим новый глас, новые от тебя радости нового нам твоего великодушия и снисхождения.
Неточные совпадения
Степан Аркадьич чувствовал себя совершенно озадаченным теми
новыми для него странными речами, которые он
слышал.
Несмотря на то, что в этих словах было то умиление пред своими высокими чувствами и было то, казавшееся Алексею Александровичу излишним,
новое, восторженное, недавно распространившееся в Петербурге мистическое настроение, Алексею Александровичу приятно было это
слышать теперь.
Но вдруг она остановилась. Выражение ее лица мгновенно изменилось. Ужас и волнение вдруг заменились выражением тихого, серьезного и блаженного внимания. Он не мог понять значения этой перемены. Она
слышала в себе движение
новой жизни.
Еще бокалов жажда просит // Залить горячий жир котлет, // Но звон брегета им доносит, // Что
новый начался балет. // Театра злой законодатель, // Непостоянный обожатель // Очаровательных актрис, // Почетный гражданин кулис, // Онегин полетел к театру, // Где каждый, вольностью дыша, // Готов охлопать entrechat, // Обшикать Федру, Клеопатру, // Моину вызвать (для того, // Чтоб только
слышали его).
Поверьте: моего стыда // Вы не узнали б никогда, // Когда б надежду я имела // Хоть редко, хоть в неделю раз // В деревне нашей видеть вас, // Чтоб только
слышать ваши речи, // Вам слово молвить, и потом // Всё думать, думать об одном // И день и ночь до
новой встречи.