Неточные совпадения
— Ну, вот теперь попробуй — закрой глаза, дай
руку; ты увидишь, как я тебя сведу осторожно: ты не почувствуешь
страха. Давай же, вверься мне, закрой глаза.
Он наклонился к ней и, по-видимому, хотел привести свое намерение в исполнение. Она замахала
руками в непритворном
страхе, встала с кушетки, подняла штору, оправилась и села прямо, но лицо у ней горело лучами торжества. Она была озарена каким-то блеском — и, опустив томно голову на плечо, шептала сладостно...
Соловей лил свои трели. Марфеньку обняло обаяние теплой ночи. Мгла, легкий шелест листьев и щелканье соловья наводили на нее дрожь. Она оцепенела в молчании и по временам от
страха ловила
руку Викентьева. А когда он сам брал ее за
руку, она ее отдергивала.
— Брат! — заговорила она через минуту нежно, кладя ему
руку на плечо, — если когда-нибудь вы горели, как на угольях, умирали сто раз в одну минуту от
страха, от нетерпения… когда счастье просится в
руки и ускользает… и ваша душа просится вслед за ним… Припомните такую минуту… когда у вас оставалась одна последняя надежда… искра… Вот это — моя минута! Она пройдет — и все пройдет с ней…
И сделала повелительный жест
рукой, чтоб он шел. Он вышел в
страхе, бледный, сдал все на
руки Якову, Василисе и Савелью и сам из-за угла старался видеть, что делается с бабушкой. Он не спускал глаз с ее окон и дверей.
На лицо бабушки, вчера еще мертвое, каменное, вдруг хлынула жизнь, забота,
страх. Она сделала ему знак
рукой, чтоб вышел, и в полчаса кончила свой туалет.
Неточные совпадения
Я знаю: дам хотят заставить // Читать по-русски. Право,
страх! // Могу ли их себе представить // С «Благонамеренным» в
руках! // Я шлюсь на вас, мои поэты; // Не правда ль: милые предметы, // Которым, за свои грехи, // Писали втайне вы стихи, // Которым сердце посвящали, // Не все ли, русским языком // Владея слабо и с трудом, // Его так мило искажали, // И в их устах язык чужой // Не обратился ли в родной?
Держа в
руке чубук и прихлебывая из чашки, он был очень хорош для живописца, не любящего
страх господ прилизанных и завитых, подобно цирюльным вывескам, или выстриженных под гребенку.
— Уму непостижимо! — сказал он, приходя немного в себя. — Каменеет мысль от
страха. Изумляются мудрости промысла в рассматриванье букашки; для меня более изумительно то, что в
руках смертного могут обращаться такие громадные суммы! Позвольте предложить вам вопрос насчет одного обстоятельства; скажите, ведь это, разумеется, вначале приобретено не без греха?
Амалия Ивановна, тоже предчувствовавшая что-то недоброе, а вместе с тем оскорбленная до глубины души высокомерием Катерины Ивановны, чтобы отвлечь неприятное настроение общества в другую сторону и кстати уж чтоб поднять себя в общем мнении, начала вдруг, ни с того ни с сего, рассказывать, что какой-то знакомый ее, «Карль из аптеки», ездил ночью на извозчике и что «извозчик хотель его убиваль и что Карль его ошень, ошень просиль, чтоб он его не убиваль, и плакаль, и
руки сложиль, и испугаль, и от
страх ему сердце пронзиль».
Ну согласитесь, ну можно ли рассказывать о том, что «Карль из аптеки
страхом сердце пронзиль» и что он (сопляк!), вместо того чтобы связать извозчика, «
руки сложиль и плакаль и ошень просиль».