— Какая я бледная сегодня! У меня немного голова болит: я худо спала эту ночь. Пойду отдохну.
До свидания, cousin! Извините, Полина Карповна! — прибавила она и скользнула в дверь.
— Нет, нет: бабушка и так недовольна моею ленью. Когда она ворчит, так я кое-как еще переношу, а когда она молчит, косо поглядывает на меня и жалко вздыхает, — это выше сил… Да вот и Наташа.
До свидания, cousin. Давай сюда, Наташа, клади на стол: все ли тут?
Неточные совпадения
Вечера через три-четыре терпеливого чтения дошли наконец
до взаимных чувств молодых людей,
до объяснений их,
до первого
свидания наедине. Вся эта история была безукоризненно нравственна, чиста и
до нестерпимости скучна.
— Боже мой, ужели она
до поздней ночи остается на этих
свиданиях? Да кто, что она такое эта моя статуя, прекрасная, гордая Вера? Она там; может быть, хохочет надо мной, вместе с ним… Кто он? Я хочу знать — кто он? — в ярости сказал он вслух. — Имя, имя! Я ей — орудие, ширма, покрышка страсти… Какой страсти!
До обеда Вера оставалась с Татьяной Марковной, стараясь или скорее опасаясь узнать о мере, какую она могла принять, чтоб Марк не ожидал ее в беседке. Она решилась не отходить от нее и после обеда, чтоб она не поддалась желанию сама сойти с обрыва на
свидание.
Но к этому прибавилось какое-то туманное пятно; суетливость Райского около Веры замечена уже была давно и даже дошла
до слуха Ульяны Андреевны, которая и намекнула ему об этом в
свидании. Крицкая тоже заметила и, конечно, не была скромна на этот счет. Почтительное поклонение Тушина замечали все, и не одна Татьяна Марковна прочила его в женихи Вере.
В Рим! в Рим! — туда, где искусство — не роскошь, не забава — а труд, наслаждение, сама жизнь. Прощайте!
до скорого
свидания!»
— Да вот тебе еще двадцать копеек на водку. Ишь сколько денег! — протянул он Заметову свою дрожащую руку с кредитками, — красненькие, синенькие, двадцать пять рублей. Откудова? А откудова платье новое явилось? Ведь знаете же, что копейки не было! Хозяйку-то небось уж опрашивали… Ну, довольно! Assez cause! [Довольно болтать! (фр.)]
До свидания… приятнейшего!..
— А мне надо, я обещал. Ну,
до свиданья. А то приезжай в кресла, Красинского кресло возьми, — прибавил Яшвин, выходя.