Неточные совпадения
«Смерть!
Боже,
дай ей жизнь и счастье и возьми у меня все!» — вопила в нем поздняя, отчаянная мольба. Он мысленно всходил на эшафот, сам клал голову на плаху и кричал...
— Я преступник!.. если не убил, то
дал убить ее: я не хотел понять ее, искал ада и молний там, где был только тихий свет лампады и цветы. Что же я такое,
Боже мой! Злодей! Ужели я…
— Да как же вдруг этакое сокровище подарить! Ее продать в хорошие, надежные руки — так… Ах,
Боже мой! Никогда не желал я богатства, а теперь тысяч бы пять
дал… Не могу, не могу взять: ты мот, ты блудный сын — или нет, нет, ты слепой младенец, невежа…
—
Боже тебя сохрани! Бегать, пользоваться воздухом — здорово. Ты весела, как птичка, и
дай Бог тебе остаться такой всегда, люби детей, пой, играй…
Он так торжественно
дал слово работать над собой, быть другом в простом смысле слова. Взял две недели сроку!
Боже! что делать! какую глупую муку нажил, без любви, без страсти: только одни какие-то добровольные страдания, без наслаждений! И вдруг окажется, что он, небрежный, свободный и гордый (он думал, что он гордый!), любит ее, что даже у него это и «по роже видно», как по-своему, цинически заметил это проницательная шельма, Марк!
— Любишь! — с жалостью сказал он, —
Боже мой, какой счастливец! И чем он заплатит тебе за громадность счастья, которое ты
даешь? Ты любишь, друг мой, будь осторожна: кому ты веришь!..
Неточные совпадения
Но ей нельзя. Нельзя? Но что же? // Да Ольга слово уж
дала // Онегину. О
Боже,
Боже! // Что слышит он? Она могла… // Возможно ль? Чуть лишь из пеленок, // Кокетка, ветреный ребенок! // Уж хитрость ведает она, // Уж изменять научена! // Не в силах Ленский снесть удара; // Проказы женские кляня, // Выходит, требует коня // И скачет. Пистолетов пара, // Две пули — больше ничего — // Вдруг разрешат судьбу его.
Случайно вас когда-то встретя, // В вас искру нежности заметя, // Я ей поверить не посмел: // Привычке милой не
дал ходу; // Свою постылую свободу // Я потерять не захотел. // Еще одно нас разлучило… // Несчастной жертвой Ленский пал… // Ото всего, что сердцу мило, // Тогда я сердце оторвал; // Чужой для всех, ничем не связан, // Я думал: вольность и покой // Замена счастью.
Боже мой! // Как я ошибся, как наказан…
—
Дай же, я перекрещу тебя, благословлю тебя! Вот так, вот так. О
боже, что это мы делаем!
— И на что бы трогать? Пусть бы, собака, бранился! То уже такой народ, что не может не браниться! Ох, вей мир, какое счастие посылает бог людям! Сто червонцев за то только, что прогнал нас! А наш брат: ему и пейсики оборвут, и из морды сделают такое, что и глядеть не можно, а никто не
даст ста червонных. О,
Боже мой!
Боже милосердый!
—
Дай же,
Боже, чтобы все, какие тут ни стоят еретики, не услышали, нечестивые, как мучится христианин! чтобы ни один из нас не промолвил ни одного слова!