Неточные совпадения
Бывало и то, что отец сидит в послеобеденный час под деревом в саду и курит трубку, а мать вяжет какую-нибудь фуфайку или вышивает по
канве; вдруг с улицы раздается шум, крики, и целая толпа людей врывается в дом.
— Вы заняты были? — спросила она, вышивая какой-то лоскуток
канвы.
— Сонетку, — сказала она, развертывая свиток
канвы и показав ему узор, — барону. Хорошо?
— Кажется… да, — небрежно отвечала она. — Я выбрала наугад, какой попался… — и, покраснев немного, проворно свернула
канву.
Но он ничего не сказал, сел только подле нее и погрузился в созерцание ее профиля, головы, движения руки взад и вперед, как она продевала иглу в
канву и вытаскивала назад. Он наводил на нее взгляд, как зажигательное стекло, и не мог отвести.
— Да, конечно, — подтвердил он, отрывая ее руку от
канвы, и не поцеловал, а только крепко прижал ее пальцы к губам и располагал, кажется, держать так долго.
Она любит теперь, как вышивает по
канве: тихо, лениво выходит узор, она еще ленивее развертывает его, любуется, потом положит и забудет. Да, это только приготовление к любви, опыт, а он — субъект, который подвернулся первый, немного сносный, для опыта, по случаю…
Лето в самом разгаре; июль проходит; погода отличная. С Ольгой Обломов почти не расстается. В ясный день он в парке, в жаркий полдень теряется с ней в роще, между сосен, сидит у ее ног, читает ей; она уже вышивает другой лоскуток
канвы — для него. И у них царствует жаркое лето: набегают иногда облака и проходят.
Неточные совпадения
— Вот так! вот так! вот вам и подушка!» Сказавши это, она запихнула ей за спину подушку, на которой был вышит шерстью рыцарь таким образом, как их всегда вышивают по
канве: нос вышел лестницею, а губы четвероугольником.
Марья Кириловна сидела в своей комнате, вышивая в пяльцах, перед открытым окошком. Она не путалась шелками, подобно любовнице Конрада, которая в любовной рассеянности вышила розу зеленым шелком. Под ее иглой
канва повторяла безошибочно узоры подлинника, несмотря на то ее мысли не следовали за работой, они были далеко.
Здесь не место начинать об этой новой страсти Ивана Федоровича, отразившейся потом на всей его жизни: это все могло бы послужить
канвой уже иного рассказа, другого романа, который и не знаю, предприму ли еще когда-нибудь.
Не ленива, а ничего не делает: ни сшить, ни по
канве, ни музыки не любит, ни в гости не ездит — так, уродилась такая!
Она, по этой простой
канве, умела чертить широкий, смелый узор более сложной жизни, других требований, идей, чувств, которых не знала, но угадывала, читая за строками простой жизни другие строки, которых жаждал ее ум и требовала натура.