Неточные совпадения
Движения его были смелы и размашисты; говорил он громко, бойко и почти всегда сердито; если слушать в некотором отдалении, точно будто три пустые телеги едут по мосту. Никогда не стеснялся он ничьим присутствием и в карман за словом не ходил и вообще постоянно был груб в обращении со всеми, не исключая и приятелей, как будто давал чувствовать, что, заговаривая с
человеком, даже обедая или ужиная у него, он делает ему большую честь.
А может быть, сон, вечная тишина вялой жизни и отсутствие
движения и всяких действительных страхов, приключений и опасностей заставляли
человека творить среди естественного мира другой, несбыточный, и в нем искать разгула и потехи праздному воображению или разгадки обыкновенных сцеплений обстоятельств и причин явления вне самого явления.
Завтра утром Обломов встал бледный и мрачный; на лице следы бессонницы; лоб весь в морщинах; в глазах нет огня, нет желаний. Гордость, веселый, бодрый взгляд, умеренная, сознательная торопливость
движений занятого
человека — все пропало.
— Простите, виноват! — извинялся он. — Вот мы, не видя ничего, уж и поссорились. Я знаю, что вы не можете хотеть этого, но вы не можете и стать в мое положение, и оттого вам странно мое
движение — бежать.
Человек иногда бессознательно делается эгоистом.
Странен
человек! Чем счастье ее было полнее, тем она становилась задумчивее и даже… боязливее. Она стала строго замечать за собой и уловила, что ее смущала эта тишина жизни, ее остановка на минутах счастья. Она насильственно стряхивала с души эту задумчивость и ускоряла жизненные шаги, лихорадочно искала шума,
движения, забот, просилась с мужем в город, пробовала заглянуть в свет, в
люди, но ненадолго.
Ему казалось даже, что, вместе с нарастанием быстроты
движения людей и силы возгласов, она растет над ними, как облако, как пятно света, — растет и поглощает сумрак.
Хлебная биржа с каждым годом становилась люднее, густые толпы неповоротливых бурлáков мешали свободному
движению людей, обозов и экипажей, и потому у мостовых перил над самой Окой деревянный навес поставили.
Константин Николаевич был небольшого роста, быстрый в
движениях человек, безукоризненно одетый в серую летнюю пару и белый галстук (он носил только черный и серый цвет).
Неточные совпадения
Подымаясь по узкой тропинке к Елисаветинскому источнику, я обогнал толпу мужчин, штатских и военных, которые, как я узнал после, составляют особенный класс
людей между чающими
движения воды.
Увидав неожиданно полную комнату
людей, она не то что сконфузилась, но совсем потерялась, оробела, как маленький ребенок, и даже сделала было
движение уйти назад.
Действительно, Раскольников был почти здоров, особенно в сравнении со вчерашним, только был очень бледен, рассеян и угрюм. Снаружи он походил как бы на раненого
человека или вытерпливающего какую-нибудь сильную физическую боль: брови его были сдвинуты, губы сжаты, взгляд воспаленный. Говорил он мало и неохотно, как бы через силу или исполняя обязанность, и какое-то беспокойство изредка появлялось в его
движениях.
Рассматривая, он заметил на другой стороне ее группу из двух-трех
человек, лежавших почти без всякого
движения на земле.
Это был
человек лет семидесяти, высокого роста, в военном мундире с большими эполетами, из-под воротника которого виден был большой белый крест, и с спокойным открытым выражением лица. Свобода и простота его
движений поразили меня. Несмотря на то, что только на затылке его оставался полукруг жидких волос и что положение верхней губы ясно доказывало недостаток зубов, лицо его было еще замечательной красоты.