по произведению ««Мильон терзаний» (критический этюд)» (Гончаров И. А., 1871) искать по всей классике
Область поиска
««Мильон терзаний» (критический этюд)» (Гончаров И. А., 1871) по всей классике
Да никак не смотреть. Свое нравственное чувство стерпит, Лиза не проговорится, Молчалин пикнуть не смеет. А муж? Но какой же московский муж, «из жениных пажей», станет озираться на прошлое!
Это — смесь хороших инстинктов с ложью, живого ума с отсутствием всякого намека на идеи и убеждения, путаница понятий, умственная и нравственная слепота — все это не имеет в ней характера личных пороков, а является, как общие черты ее круга. В собственной, личной ее физиономии прячется в тени что-то свое, горячее, нежное, даже мечтательное. Остальное принадлежит воспитанию.
Его возмущают безобразные проявления крепостного права, безумная роскошь и отвратительные нравы «разливанья в пирах и мотовстве» — явления умственной и нравственной слепоты и растления.
Выдержки из русской классики со словом «нравственный»
Как вообще нередко безукоризненно нравственные женщины, уставшие от однообразия нравственной жизни, она издалека не только извиняла преступную любовь, но даже завидовала ей.
Он тоже, как и брат его атеизм, вышел из отчаяния, в противоположность католичеству в смысле нравственном, чтобы заменить собой потерянную нравственную власть религии, чтоб утолить жажду духовную возжаждавшего человечества и спасти его не Христом, а тоже насилием!
Вожеватов. Где мне! Я простоват на такие дела. Смелости у меня с женщинами нет: воспитание, знаете ли, такое, уж очень нравственное, патриархальное получил.
Как в организме нет у него ничего лишнего, так и в нравственных отправлениях своей жизни он искал равновесия практических сторон с тонкими потребностями духа. Две стороны шли параллельно, перекрещиваясь и перевиваясь на пути, но никогда не запутываясь в тяжелые, неразрешаемые узлы.
Писатель осуждает жестокость и беспринципность, бездушие и чёрствость, решительно отстаивает высокие нравственные законы человеческого благородства и сострадания, рыцарского отношения к людям.
Традиции воспитания формируют нравственные принципы современных вьетнамцев, на первом месте стоит необходимость платить добром за добро и считать своим высшим долгом выполнение обязательств перед семьёй и страной.
Писатель осуждает жестокость и беспринципность, бездушие и чёрствость, решительно отстаивает высокие нравственные законы человеческого благородства и сострадания, рыцарского отношения к людям.
В фокусе нашей книги – закономерности развития нравственных качеств детей и способы, какими взрослые способны помочь им в этом процессе.
Традиции воспитания формируют нравственные принципы современных вьетнамцев, на первом месте стоит необходимость платить добром за добро и считать своим высшим долгом выполнение обязательств перед семьёй и страной.